Любовь без поцелуев (СИ)

Физрук был мне настолько ненавистен, что я подумывал о том, чтобы попросить друзей подловить его, когда он всё-таки уезжал отсюда в город, и сбить машиной. Или сделать ещё что-нибудь такое. Впервые у меня появился настоящий враг, человек, к которому я питал искреннюю ненависть и отвращение.

– Может, физрук пойдёт им помогать? – с надеждой спросил я. – Станки-то тяжелые…

Мы стояли в коридоре на первом этаже и делали вид, что нам просто нефиг делать. Я, Стас, Игорь и Рэй. Танкист был отправлен со стратегическим заданием – предложить свою помощь и, соответственно, проследить, как всё пройдёт.

Банни тоже ошивалась где-то там.

– Хорошо бы, – согласился Стас, отколупывая краску от оконной рамы, – зашли. Надеюсь, они не будут тормозить и сразу пойдут в кабинет.

Я смотрю на его кривую улыбку. Сейчас она мне уже не кажется такой неприятной, как раньше. Наверное, потому что знаю – он это не специально. Пытаюсь представить, какой она была бы без травмы. Мне почему-то кажется, что широкой и обаятельной.

Я идиот?

Жизнь кажется мне всё менее и менее реальной. Я, оторванный от привычного быта и круга общения, чувствую себя не то героем какой-то абсурдной фантастики, не то просто пациентом психлечебницы. Всё меняется как-то очень быстро и вне зависимости о того, что я хочу и что мне надо. И вот, посмотрите – я стою в компании совершенно малопривлекательных (за исключением Игоря) личностей и жду, когда где-то там кому-то на голову выльется адский коктейль.

А он, действительно, адский, не знаю, что за дряни раздобыл Стас, но она вытравливала пятна на ткани и делала её ветхой. Я стою, жду – и радуюсь. С нетерпением жду Танкиста, мне хочется услышать, как всё прошло. Ну, ещё бы, я ведь сам в этом участвовал.

А всё Стас, будь он проклят. Этот псих… Он гипнотизирует, он встраивается тебе в голову. Сначала ты общаешься с ним постольку-поскольку, злишься на него, он тебя раздражает, а потом… Потом ты ловишь себя на том, что копируешь его интонации, мимику, соглашаешься с ним.

Словно пропитываешься его личностью. А он личность. Это нельзя не признать. Сильная личность.

– Вот сейчас они подходят к кабинету, – Стас считает про себя и мы все слушаем. Как маленькие дети на празднике «Раз-два-три, ёлочка, гори»! Ага, у Стаса «ёлочка» действительно будет «гореть». Он маньяк, совершенно безнравственный садист и это… Это притягивает. Завораживает.

Меня охватывает нетерпение.