Японская война 1904. Книга пятая

Князь Ито неожиданно понял, что его это раздражает, но в то же время… Опыт и чутье, которых набрались Такамори во время работы на Макарова, не стоило сбрасывать со счетов.

— Хорошо, проверьте все. Буду ждать вашего доклада. И помните, от вашей решительности может зависеть не только судьба этой войны, но и судьба всей Японии.

* * *Стучат колеса поезда, еду в госпиталь и думаю о том, что я бы и просто так с радостью туда заглядывал. Есть там приятные лица, есть… Но сегодня причина более привычная для военного времени: в сознание пришел захваченный нами в плен японский генерал и попросил о личной встрече.

— Вячеслав Григорьевич, — дверь отворилась, в купе заглянул Ванновский и покачал головой. — Алексеев все так же отказывается идти на контакт.

— Жаль… — я тоже изобразил сожаление.

Изобразил, потому что уже успел смириться, что к флоту меня точно не подпустят даже на пушечный выстрел. Это стало понятно еще во время поездки в Порт-Артур, потом, когда наместник в первый раз уклонился от разговора, ощущения переросли в уверенность… А у меня была такая идея, как можно повысить шансы нашего флота против японского даже до прихода 2-й Тихоокеанской! Кстати, на эту идею меня навели как раз Ванновский и его разведчики.

Они после Ляодуна взяли за привычку, как идут вперед, разматывать за собой катушку провода для телеграфа. Мол, это особый понт и шик — навести батарею, сидя в кустах чуть ли не с телефонной трубкой.

И ведь загонял, добился своего! А я подумал, что если такой провод закрепить на торпеде да поставить простейшее реле, чтобы крутило хвост влево-вправо, то точность подобных атак вырастет в разы. Да что там точность — мы с такой штукой сможем хоть за угол бить.

"Тем более что многое можно поправить прямо тут, в Маньчжурии. Нарастить корпус, увеличить запас топлива и хода, и мы бы таких дел наворотили… Но флоту это оказалось не интересно, о чем мне прямо и сказали.