Любимая бывшая жена

— Больше миллиарда?

— Намного больше.

— И пока нас не будет, твои миллиарды будут сами работать на тебя?

Он рассмеялся:

— У меня хороший персонал. Я им доверяю.

— Ага, — ответила она, думая о том, как сегодня утром разговаривала со своими работниками.

Вскоре после этого Хавьер ушел на последний прием к врачу, а Эмили осталась во внутреннем дворике, поглаживая Сатану, которая внезапно разыгралась. Она улыбнулась, когда кошка уперлась головой в ее ладонь. Эмили подняла ее и усадила себе на колени, потому что на самом деле сама нуждалась в утешении так же сильно, как и кошка.

Телефонный разговор с ее Офис-менеджером не удался. Конечно, работники радовались за нее, но Эмили ждало разочарование. Клиент из Сан-Антонио решил изменить сроки, а это означало, что Эмили предстоит еще одно посещение объекта и сокращение сроков сдачи. Ей следовало приехать на объект на следующей неделе, но она не могла этого сделать. У нее дела с Хавьером, и она хочет провести с ним настоящий медовый месяц. Она стремилась изучить все богатство, которое мог предложить Стамбул.

Ее вдохновение, которое почти уснуло, пока она не вернулась во Фрихилиану, теперь стало необузданным. По крайней мере, так Эмили говорила себе. Ей не терпелось одновременно подпитывать свое творчество и наслаждаться браком с Хавьером.

Поэтому она решила пожертвовать клиентом из Сан-Антонио, убеждая себя, что она и ее сотрудники работают на пределе возможностей и лучше сосредоточиться на уже знакомых клиентах, а не распылять свой энтузиазм понапрасну.

И пока офис-менеджер пытался ее уговорить, Эмили упрямилась. Она делала то, что ей нужно было делать ради себя и своего брака. Даже если это спровоцировало у нее знакомое чувство дискомфорта.

Сатана ритмично лупила хвостом по ногам Эмили и с обожанием на нее смотрела. Эмили гладила и успокаивала ее, пока Хавьер не ворвался во входную дверь, громко объявив, что теперь он свободен.

— Я принес шампанское. Я бы искупал тебя в нем, если бы ты не вынесла ванну шесть лет назад.

— У тебя есть бассейн!

— Я не моюсь в бассейне, — сказал он с притворным возмущением и притянул Эмили к себе, а потом поцеловал.

 — Нам надо готовиться.

— К чему?

— К Стамбулу, конечно. Мы уезжаем сегодня вечером!

Хавьер действовал быстро. Слишком быстро. Он не мог отделаться от ощущения, будто что-то случится. Что-то плохое. Он не был суеверным, но чувствовал: если они не уедут в Стамбул немедленно, их настигнет мрачное событие, которое бесповоротно изменит их жизнь.