Люби сильнее

Так, в общих чертах расспросила, что я хочу… Ее больше интересовало, как мы к этому решению пришли.

– И? Что ты сказала?

– Правду.

– Какую именно правду, святоша? У тебя их на каждое настроение по несколько штук."

"– Сказала, что все решил ты!

– Странно, что после этого мне еще не звонила.

– Угу, – мычит Маруся. Вновь обнимает и в глаза заглядывает. – Ярик, Ярик… Мне пора идти, – вздыхает с сожалением. Блин, не думал, что даже когда знаешь, что вечером увидимся, разлучаться так сложно.

Целую, конечно. Все, что бушует внутри, вкладываю. Пару минут спустя, когда дыхание сбивается, и сердце, как после марш-броска, колотится, спрашиваю:

– Помогло?

Машка мотает головой.

– Неа...

– Черт, мне тоже.

– Уже скучаю! Поэтому убегаю! Звонить-писать обещаю!

Отстраняясь, шарит по половику в поисках босоножек.

– Угу, кручу-мучу…

– Ярик…

– Иди уже.

27

Мария

– Мы с Яриком подали заявление, – сообщаю маме взвинченным на эмоциях голосом.

Она улыбается. Выдерживая паузу, как будто пытается погасить мое волнение.

– Папа сказал мне, – после этой фразы вновь ненадолго замолкает. – Как прошло? – спрашивает тихим и мягким тоном.

– Это… было трудно, – признаюсь. – В какой-то момент я почти надумала сбежать…

– Иногда полезно отключать мозги, цветочек. Не думать. Чувствовать.

– Знаю, мам. И все время забываю.

– Пытаясь все контролировать, делаешь только хуже, – говорит обобщенно, но я понимаю, что передает нечто личное.

– Да… Следуя плану, спокойнее жить. Просыпаешься и знаешь, что делать… Знаешь, что будет утром, в обед, вечером, и чем закончится день, – выталкиваю на одном дыхании. – Никаких неожиданностей и лишних эмоций, которые могут спровоцировать очередную атаку!

– Да, все так, – соглашается мама, отставляя вазу.

Вздыхая, в буквальном смысле за голову хватаюсь.

– Шах и мат, мам.

– А знаешь, почему я это понимаю? Потому что прошла нечто подобное… Ты ведь в курсе того, что мой отец был против Титовых, – я киваю, хоть это и не звучит как вопрос.