Лицо ее закройте. Изощренное убийство

Миссис Шортхаус явно не была тем эмиссаром, которого они избрали бы по собственной воле, но сейчас любая информация, кто бы ее ни добыл и ни рассказал, помогала справиться с бременем неизвестности, а миссис Шортхаус, конечно, оказалась весьма компетентной в полицейском делопроизводстве.

— Несколько полицейских сейчас обыскивают здание, и одного своего человека они поставили у двери. Само собой, они никого не нашли. Что ж, этому есть разумное объяснение! Мы знаем, что он не мог выбраться из здания. Или попасть внутрь, если уж на то пошло.

Я сказала сержанту: «Сегодня я уже убрала всю клинику, как положено, так что скажите ребятам, чтобы не топтали здесь своими ботинками…» Сейчас расскажу кое-что странное. Ищут отпечатки в полуподвальном лифте. И еще замеряют его.

Фредерика Саксон подняла голову, словно желая что-то сказать, но промолчала и вернулась к своему занятию. Полуподвальный лифт площадью около четырех квадратных футов, управляемый канатным шкивом, использовался для транспортировки пищи из полуподвальной кухни в столовую на втором этаже, когда клиника еще была частным домом.

Лифт так и не демонтировали. Иногда с его помощью медицинская документация доставлялась из полуподвального архива в кабинеты на втором и третьем этажах, но большую часть времени он стоял без дела. Никто не комментировал возможных причин, по которым полиция решила проверить лифт на отпечатки.

Миссис Шортхаус унесла две чашки, чтобы помыть. Через пять минут она вернулась.

— Мистер Лодер в общем кабинете, звонит председателю, чтобы рассказать об убийстве, я полагаю.

В комитете по управлению лечебными учреждениями теперь будет о чем посудачить, это уж точно. Старшая сестра с одним полицейским проверяет по списку наличие всего белья и одежды. Похоже, пропал холщовый фартук из отделения творческой терапии. Ах да, еще кое-что. Выключают отопление. Хотят и котельную прочесать, как я полагаю. Очень мило со стороны полиции, должна сказать. Здесь будет чертовски холодно в понедельник.

И еще приехал похоронный автобус. «Скорую помощь» не вызывают, сами понимаете, ведь жертва мертва. Вероятно, вы слышали, как он приехал. Думаю, если немного раздвинуть занавески, то можно будет увидеть, как ее заносят внутрь.

Однако никому не хотелось отодвигать занавески, и когда за дверью послышались тихие, осторожные шаги носильщиков, никто не проронил ни слова. Фредерика Саксон отложила карандаш и склонила голову, словно читая молитву.