Лиса для Алисы. Красная нить судьбы

— Видимо, Лисонька, ночь тоже была доброй, — вставила Раиса Андреевна из справочного бюро.

— Лиска, неужели у тебя парень появился? — заметила Татьяна, женщина средних лет из моего отдела.

— Не знала, что тебе азиаты нравятся, — вставила тетка Ада. — Сказала бы. У меня в соседнем подъезде целый табор таджиков живет.

— Он не таджик, а кореец! — вырвалось у меня.

— Вау! — восхитилась Эллочка, первая красавица Ленинки. — Лиска, да тебя на экзотику потянуло!

— Ничего не потянуло…

— А нашего Германа уже все? Побоку? — спросила Раиса Андреевна.

Нет, на работе у меня не серпентарий, а первостатейный курятник!

По счастью, план, как выпутаться из двусмысленной ситуации, наконец созрел в голове.

— Он книгу пишет, — вздохнула я.

— Кто?.. — раздалось сразу с нескольких сторон.

— Кореец этот. Моя подруга Кэт вокруг него увивается, вот попросила помочь с подбором материалов. Утром в метро встречались, я ему то, что накопала, передала.

— И он, конечно, вызвался тебя до работы проводить? — хмыкнула Эллочка.

— Нам по дороге было, — пожала плечами я.

— Это та самая книга, из-за которой ты Герману прохода не давала?

— Ага, — кивнула я.

Пожалуй, впервые в жизни моя ложь сработала на меня. Когда придумывала историю про приятеля-иностранца, который хочет получить доступ в отдел ценных и редких изданий, и мысли не было, что легенда может обернуться реальностью.

— И о чем книга? — скептически осведомилась тетушка Ада.

— Исследование на тему убийств в Хэллоуин.

Услышав тему книги, Аделаида переменилась в лице.

— Про сектантов, что ли? Бульварщина! — презрительно фыркнула Эллочка.

— Не знаю толком, — вновь пожала плечами я. — Меня всего лишь попросили помочь со сбором информации.

— Зря ты за это взялась, Лиска, — покачала головой Аделаида. Тема Хэллоуина была в нашей семье болезненной.

— Ты же знаешь Кэт. Прилипнет как банный лист и, пока своего не добьется, не отвяжется. У меня выбора не было.

Старший библиотекарь кивнула и скрылась в дверях Ленинки. Следом за ней потянулся и остальной народ.

Я прикрыла глаза и тихонько выдохнула. Вроде бы ложь удалась. Моя личная жизнь, конечно, еще долго будет предметом сплетен, но это я как-нибудь переживу. Главное — нашу беседу слышал Герман и мне не придется оправдываться перед заведующим.

Это когда я врать научилась? Раньше ведь и слова лживого выдавить из себя не могла — сразу краснела и терялась.