Лилия между тернами

 — Что-то плохое?

Рим молчит и только наклонившись целует в шею.

— Ты обещала меня покормить, — неожиданно говорит он. — Я сейчас такой голодный, что способен съесть что угодно!

Он отпускает меня и идёт к столу, опять не желая встречаться со мной взглядом. Что же это такое? Раздражение и обида поднимают во мне голову. Я не могу понять этих его скачков настроения.

Вот только что он был таким близким и пронзительно нежным, полностью сосредоточенным на мне. И с его губ едва не сорвались слова, которые должны были значить что-то важное для него.

А сейчас передо мной новый Римман. Закрытый и даже более холодный, чем когда он орал и рычал на меня вначале. Я не знаю, как подступиться к нему, поэтому просто решаю подождать и иду разогревать еду.

— Моя еда — не что угодно, — пытаюсь я шутить. — Это очень вкусно.

Римман хмыкает и усаживается за стол. Ест он с таким аппетитом, что я понимаю — это снова попытка отвлечь меня от желания расспросить его. Когда я мою посуду, он подходит сзади и обнимает меня.

— Ники, я должен уехать, — негромко говорит он.

Тарелка выпадает из моих рук.

— Надолго?

— Нет, всего на день. Обещаю, что вернусь раньше, чем ты соскучишься. Я ведь знаю, что ты не можешь без меня спать. Поэтому я вернусь, чтобы отгонять от тебя кошмары, моя маленькая, — его губы необыкновенно нежно скользят по моей щеке. — А очень скоро все сильно изменится, Ники. И мы будем гулять. Я поведу тебя, куда ты только захочешь. В кино, по магазинам, в лес на пробежку. И там ты обернешься для меня и покажешь снова нежную и самую красивую кошечку, какую я только видел.

— Она приняла тебя гораздо раньше меня, — шепчу я, откидываясь на его грудь.

— М-м-м-м, — Римман прикусывает мою кожу, а потом облизывает её как мороженное.

— Моя кошка просто похотливое животное, — улыбаюсь я, — и все, что ей нужно — это самец, который насытит её безмерный аппетит.

— А тебя, Ники? Тебе разве не нужен такой самец? — Римман толкается в мою поясницу твердеющей плотью.

— Мне нужен ты, Римман, — я снова говорю то, о чём рискую пожалеть позже. — Только ты один.