Ликвидация. Книга вторая

Он продолжал следить за тем, как могучие волны в бессильной ярости бросаются на прибрежные скалы и рассыпаются белыми ледяными брызгами.

— Племянник передал, что вы хотели со мной встретиться? — наконец негромко осведомился Штехель.

Человек в дождевике медленно повернул голову к собеседнику. Ветер, налетевший с моря, принес с собой пригоршню ледяного, совсем не июльского дождя и швырнул ее на тонкую ткань плаща. Человек поежился, потуже натягивая дождевик на плечи…

Это был майор Кречетов.Глава тринадцатая

Далеко над морем полыхала гроза.

Оттуда время от времени доносились слабые, заглушённые расстоянием раскаты грома. Ветер раскачивал верхушки пыльных, отдыхавших от дневного жара тополей, недобро взвихривал на обочинах улицы пыль, гонял окурки и обрывки газет. Изредка с моря наносило волны короткого, злого дождя, который выбивал на оконных стеклах четкую военную дробь, а в выбоинах между булыжинами скапливался в небольшие лужи.

Высокий плечистый парень, стриженный ежиком, облаченный в просторный пиджак и широкие брюки, неспешно брел по пустынному тротуару.

Непонятно было, почему он выбрал для прогулок такую неуютную ночь, но, в конце концов, одесские парни всегда выделялись среди своих сверстников оригинальностью. Навстречу любителю ночных прогулок из темной подворотни вывернул паренек лет пятнадцати, неумело сжимавший в пальцах дешевую папиросу «Бокс».

— Дяденька, прикурить не найдется?

— Что? — не сразу откликнулся странный ночной прохожий.

— Огонь есть?.. Нет?.. Ну и не надо…

Похоже, паренек собрался было задать стрекача, но Лапонин не позволил ему этого сделать. Он протянул руку и длинными холодными пальцами взял паренька за потертый лацкан. Щелкнула зажигалка, выбросив в темноту целый столб пламени. Паренек испуганно отшатнулся.

— Лицо мне твое знакомо, — задумчиво проговорил Лапонин, освещая зажигалкой паренька.

— Ж-живу недалеко, — цепенеющим от страха голосом проговорил тот.

— Прикуривать-то будешь?..

Паренек, стараясь держаться взросло, по-солидному, продул мундштук, сунул папиросу в рот, придвинулся к Лапонину. И тут же охнул, скрючившись. В живот ему уперся ствол пистолета.

— Прикуривай, прикуривай… — ухмыльнулся лейтенант.

Дрожащая в губах папироса наконец занялась. Парень, не подымая глаз, отстранился.

— Спасибо…

— На здоровье. — Лапонин демонстративно засунул пистолет за пояс и запахнул полу пиджака."

"Паренек отошел от него на пару шагов.