Лилия для Шмеля (СИ)

Она схватилась за сердце, и тут же парень заботливо подхватил женщину под руку.

Что они родственники, подтверждало семейное сходство черт троицы: у всех блондинистые, мышиного цвета волосы, острые подбородки, похожие длинноватые носы.

— Милая! Не надо пугать нас так! — произнесла она дрожащим голосом. — Пошутила — и будет!

Парень подвел ее заботливо к стулу, стоявшему у постели, и помог сесть.

— Ты не узнаешь меня? Флорана? Дивию?! Разве это возможно?!

Я продолжала молчать. Тогда она сжала тонкие губы, достала из рукава платья платок и промокнула заблестевшие глаза.

Женщина была уже не молодой, худощавой, с первыми мелкими морщинами на бледной, с нездоровым оттенком кожей. Однако говорила искренно, называя меня милой, будто я была ей родной… Догадка осенила меня, и я выпалила, не обращая внимания на боль в потрескавшихся, сухих губах:

— З-зеркало!

Она степенно повернула голову к двери и требовательно приказала служанке:

— Гилья! Зеркало!

Та присела в торопливом полуреверансе, побежала куда-то, и уже скоро передо мной держали тусклое, по краям облезшее зеркало, в котором я видела совершенно чужую, незнакомую мне девушку!

У нее было узкое лицо, длинноватый нос, такие же мышиные волосы, как у троицы! И карие глаза! Хотя прежде у меня они были серыми!

— Милая, не переживай! Ты упала удачно и ничего себе не повредила, — забота трогала, но прежде чем я успела ею проникнуться, новообретенная родственница добавила: — Слава Видию! Иначе бы господин Ульн отказался от намерений и потребовал деньги назад.

— Какие? — насторожилась я, зная, что где замешаны деньги, не следует ждать ничего хорошего.

Лицо собеседницы покрылось красными пятнами. Она часто заморгала и вновь принялась вытирать глаза.

— Фина, знаю, этот брак унизителен для нашей семьи, но ты обязана спасти Флорана!

— Кого? — переспросила я и заметила, как парень недоверчиво прищурился. Пусть думают, что хотят, но с этого места поподробнее: за кого замуж и кого мы спасаем ценой меня?!

— Дивия! Флоран! — истерично воскликнула женщина, вскакивая со стула.

Те двое опасливо переглянулись, набрали в рот воздуха, готовые загалдеть наперебой, но их матушка резко отчеканила:

— Выйдите!

Удивительно, однако парочка без единого возражения подчинилась, что показалось мне подозрительным. Все-таки мне за тридцать, по работе я общалась с разными читателями и по опыту знаю: от людей с недовольным выражением лица не стоит ждать ничего хорошего.