Лилия для Шмеля (СИ)

Конечно, хозяин не спешил открывать секреты, но видимо, наши с Вейре догадки были верны, и он соизволил показать нам процесс покраски ажурных статуэток.

Нас пропустили в подсобку, где мастерица ловко опускала заготовки в баки с краской, а потом срезала многослойные края.

Вейре смотрел на ее ловкие движения с восхищением, а под конец выпалил:

— Тоже хочу научиться делать такую красоту! Не хочу, как папа, сидеть до утра со счетными книгами и сверять — не украли ли…

— Вейре! — одернула ребенка.

Он втянул худую шейку в плечи и снова мечтательно уставился на бочонки с красками.

Мы выходили из подсобки, когда в магазин вошел франтоватый мужчина. Наверно, частый клиент, потом что, увидев нас в святая святых, мастерской, он спросил:

— Фоет, я, конечно, понимаю, что я не миловидная леди, но мне то, как оптовому покупателю, можно было тоже экскурсию устроить?

— Вот тебе-то как раз и нельзя, Дельт, — хмыкнул старик. — Впусти тебя и не выгонишь, пока все секреты не разнюхаешь. А потом ищи-свищи хитреца!

Мы и так отняли много времени у мастера, поэтому, поблагодарив за терпение, ушли в соседний магазин.

"— Гирлянда будет через седмицу, — поведала продавщица, когда звякнул колокольчик, и вошел тот самый оптовый покупатель.

Вейре почувствовал, что он по нашу душу. Насторожился и потянул за руку:

— Я устал. Пойдемте, — и попытался спешно увести меня. Но Дельт оказался тоже не лыком шит. Преградил дорогу и, не успела я возмутиться, протянул визитку:

— Буду рад видеть вас в своем магазине, — тут же отступил и дал нам пройти.

Домой Вейре ехал хмурым.

— Он мне не нравится! — пробурчал, ревниво поглядывая исподлобья.

— Торговец и не должен нравиться. Он должен предлагать нужный товар за подходящую цену, — невозмутимо объяснила.

— Веспверки не ищут, где дешевле, — возразил малыш. — Мы идем и покупаем!

— Но я Мальбуер, — напомнила с улыбкой, и он, нахохлившись, отвернулся.

Когда приехали домой, Освальд встречал нас.

— Вейре? — оглядел сына. — Что случилось?

— Ничего! — пробурчал он и, обойдя отца, стал медленно подниматься по лестнице.

Удивленный Освальд проводил сына взглядом, оглядел меня, а потом пошел за сыном.

— С вами поговорим позже.

Весь оставшийся день Вейре дулся. Глядя на угрюмую мордашку маленького ревнивца, я жалела его, но, увы, не всем мечтам суждено сбыться. Однако чтобы не расстраивать ребенка, переписала данные визитки, а ее саму порвала у него на глазах. Только тогда Вейре заулыбался.

Вечером мы с герцогом ели в тишине.