Лилия для Шмеля (СИ)

Холодно здесь. Местные говорят: на их памяти впервые такие морозы.

— А номеров на холлапаритуме нет?

— Здесь от холлапаритума одно название: вышка и ступени, — сомкнул зубы Освальд. — Согласно плану есть, но их нет.

— Понятно, — я грустно выдохнула. И все равно отпускать его не хотела. — А если собьетесь с дороги и замерзнете? Тут, конечно, не жарко, но если тепло одеться…

— Осталось две булки, — Освальд опустил голову.

Я могла бы упрекнуть, что об этом надо было подумать заранее, но он вызывал уважение уже тем, что не искал себе оправданий и не обвинял других, осознавая, что это только его ошибка.

Да, мы понимали: вряд ли трясущиеся за свою шкурку чиновники решатся подсыпать яд, но у Освальда уже сформировалась фобия.

— А яйца? — напомнила. Уж я-то обратила внимание, что лежит в кладовой. — Если скорлупа цела — вряд ли в них яд. В простых, нечищеных овощах тоже. А если послать кого-нибудь купить мяса у обслуги холлапаритума, якобы для команды — мы не будем голодными.

— Корфина! Хорошая идея! — Освальд вскочил с кресла, едва не расплескав чай. Но тут же спохватился. — А как это готовить?

— Если раздобудете сковороду и нож, так и быть, я придумаю, как это готовить, — посмотрела на него заговорщицки.

Уже скоро на жаровне стояла огромная, покоцанная за долгую службу, сковорода, а на ней шкварчали румяные кусочки мяса, наполнявшие комнату изумительно аппетитным ароматом.

— Баронесса, еще долго? — Вейре глотал слюнки и с надеждой заглядывал в сковороду.

Герцог молчал, но чувствую, старший жук тоже голоден. Он привык вкусно и разнообразно есть, а тут такая оказия с булками.

— Если поможете — приготовится скорее, — посмотрела Освальду в глаза, откровенно намекая на помощь.

— Я?! — вспыхнул он, ошалело моргая, будто я предложила ему ужасную мерзость.

— А я тоже не плебейка, — нахально напомнила.

— Я! Я хочу! — закричал Вейре, но ему я нож точно не дам. Порежется — Освальд меня загрызет. А поскольку герцог так и не согласился, еще свысока поглядывал на мои перепачканные руки, я намеренно стала медленнее чистить и шинковать овощи. И гордый Веспверк, томимый голодом, сдался.

— Давайте, — протянул руку с брезгливой физиономией.

Я и дала… пузатенькую брюкву и нож, с которым можно смело идти на кабана.