Лилия для Шмеля (СИ)

 — Не сходятся. Но…

— М?

Поведение сыщика на грани такта уже не удивляло. Я интуитивно догадывалась, что он намеренно ведет себя так, изучая мою реакцию. Поэтому сосредоточилась на догадках.

— Либо это не она. Либо она что-то знала об отравителе, и от нее избавились. Либо отравителей было несколько, — заметив, как мужчины переглянулись, я поспешила уточнить: — Это, конечно, бред…

— А, может, и не бред, — возразил Жеронд. И теперь я увидела его совсем другим: опасный мужчина, умный, наблюдательный, с проницательным взглядом, но от такого лучше держаться подальше.

— А есть другие подозреваемые? — я все еще надеялась, что дело удастся быстро распутать.

— Полный дом! — прошипел Веспверк отчаянно.

— А как же Вейре? — спохватилась я. Мы тут сидим, а он совсем один?!

— Он в надежном месте.

— Хорошо, — выдохнула с облегчением. От волнения сделала глоток вина, и терпкая густая жидкость опалила небо.

Среди двух мужчин, я чувствовала себя лишней. Хотела извиниться за бестактное вторжение и уйти, но Жеронд первым произнес.

— Принесу еще, — и ушел, оставив нас с герцогом наедине.

Теперь сбегать глупо. Сидеть в тишине тоже.

— Не отчаивайтесь и не изводите себя. Главное, что у Вейре есть вы. Он сейчас нуждается в вас, как никогда прежде, — заговорила я, желая приободрить Веспверка, однако моя благая цель разбилась о его едкую ухмылку. — Простите, что влезла не свое дело. — Встала, чтобы уйти, и он иронично спросил:

— Уже убегаете?

— Вижу, вы хотите побыть один.

— Если уж пришли — оставайтесь, — Освальд встал, обошел стол и приблизился ко мне вплотную.

— Мне ничего человеческого не чуждо, — стараясь держаться достойно, ответила я. — Однако благое намерение разбилось о вашу злость и циничность.

— А вы, значит, трепетный ангел?

— Вы пьяны и расстроены, поэтому давайте забудем, что наговорили друг другу, — шагнула к двери, но Освальд одним большим шагом преградил дорогу. И так резко, что я наткнулась на него.

— Ну, же, Корфина! — от его дыхания выбившиеся из прически волоски щекотали кожу, что добавляло моменту интимности.

— Вы пьяны!

— Разве это не правда? — он опустил руки на мои плечи, заставляя поднять на него глаза. — Одинокий Вейре, вы его ангел — все сахарно, идеально, как фигурки на торте.

— Перестаньте!

Однако Веспверк не унимался.