Лилия для Шмеля (СИ)

— Не распускайте руки! — пояснила мстительно, хотя сердце ушло в пятки. — И оставьте веник себе!

— А он и так мой! — не менее ехидно и зло выпалил герцог, так и не выпуская моей руки из хватки. Я уже примерялась: поставить ли ему фиолетовые отметины на благородной физиономии, но Веспверк заподозрив недоброе, отклонился от меня подальше, чтобы не дотянулась. — У меня деловое предложение!

— Нет! — уважаю его, как отца, готового ради сына горы свернуть, перешагнуть через спесь, но пусть «красавчик В.» учится обходиться без меня или Вейре к нам привозит.

Тут взгляд Веспверка опустился к полу и застыл на моих тапочках — растоптанных, простеньких, зато удобных и теплых.

— Очень выгодное деловое предложение, — повторил, намекая, что благодаря его милости я смогу обзавестись приличной одеждой. Издевается гаденыш!

— Вам мало слухов? Или они вас забавляют?! — я не оставляла попыток высвободить руку из стальной хватки.

— Покажете слабость — и ваше имя не будет сходить со страниц газетенок, — объясняя, он смотрел прямо в глаза. И сейчас только раздражение, захлестнувшее с головой, защищало меня от его мужского обаяния. — Клевета, как докучливая оса: не уверены, что убьете одним ударом, то и не пытайтесь отгонять, иначе она вновь нападет на вас с еще большей яростью!

Я упрямо поджала губы, с силой дернула руку, и Веспверк, прежде чем разжать пальцы, сжимавшие мой локоть, добавил:

— Возьмите себя в руки и давайте обсудим ситуацию.

Он едва успел увернуться от моей пощечины. И нет бы заткнуться, с насмешкой небрежно поинтересовался:

— Берете пример с Вильдии?!

Зря он вспомнил про дрянь, про мое унижение по его вине и все остальные злоключения.

— Верно! — дерзко согласилась я. — Теперь катитесь по лестнице, к карете и домой!

Глаза герцога округлились, стали большими-пребольшими, но самообладание у него отменное и, два раза театрально хлопнув, он громко припечатал меня:

— Впечатляющие успехи!

Если он сейчас не уберется — я сяду в тюрьму за членовредительство, нанесение тяжких увечий или убийство Его Светлости в состоянии аффекта.

— С волками жить — по волчьи выть!

— О! Оказывается, кроме шитья уродцев из носков, Вейре многому может поучиться у вас, баронесса! — в раздражении Веспверк позабыл об осторожности и навис надо мной.