Личная награда Альфы (СИ)

У него были какие-то деловые встречи в городе, которые он перенёс из своего офиса в ресторан, находящийся неподалеку от ателье. Викинг находился буквально в двух шагах… но не рядом. Чем я и решила воспользоваться.

Я выучила наизусть карту Риги: все главные и второстепенные дороги до посольства Великобритании; хорошо представляла, где можно спрятаться или затаиться, пока воины Артиса или сам Артис станут меня искать. Я боялась брать с собой сотовый — судя по всему, охрана не испытывала никаких моральных проблем отслеживая меня по мобильнику.

А ещё я позаботилась о том, чтобы «замести следы». Нет, у меня не было образования и опыта моей матери — я понятия не имела, как сделать так, чтобы «потеряться» для Викинга с помощью специальных устройств или химических веществ. Поэтому я подготовилась по-другому: осторожно ссыпала в небольшую баночку несколько пачек молотого красного перца. Не знаю, сбивает ли это со следа оборотней, но от собак помогает — а потому я просто собиралась воспользоваться этим старым, проверенным методом, надеясь на удачу.

Во время примерки я специально несколько раз жаловалась на завтрак, поданный сегодня утром, на странный вкус копчёной рыбы… Прикладывала руку к животу и морщилась. А когда примерка была почти завершена, я с милой улыбкой отпросилась в туалет, прекрасно зная, что в туалетной комнате имеется окно — из которого мне не составит большого труда выбраться на улицу.

Расстройство стула невесты — деликатная проблема, и вряд ли модельер тут же побежит докладывать моему жениху, что его невеста что-то засиделась в туалете.

Дурацкая затея, возможно, но сколько раз в жизни меня выручали подобные дурацкие планы…

Осуществив задуманное, я пробежала несколько домов и оказалась в тихом парке, который должен был вывести меня прямо на улицу, ведущую к особняку, занимаемому посольством Великобритании.

«А как же Артис? Ты сможешь навсегда вычеркнуть его из своей жизни, если твой план не удастся?»

Я сжала зубы, решив не поддаваться искушению — Артис, несмотря на всю свою деспотичность, до сих пор оставался моим наркотиком.