Лягушка под зонтом

Он мог бы бросить ангар и раньше, да не так воспитан. «Дал слово – держи», – учила его Наталья Петровна. А он дал его хозяину фирмы «Милый дождик», который устраивал свои дела где-то за границей.

Никита тоже мог бы устраивать свои. Мазаев, так внезапно возникший в его жизни, огорчился, когда он отказался поехать с ним в Париж на антикварный салон."

"– Ну-у, Ники-ита Тимофе-евич, – канючил он. – Соглашайтесь, а? – Смотрел на него снизу вверх, плотненький, кругленький, даже без привычного рюкзака на животе. – Не оставим мы ваш ангар без присмотра.

– Никто ничего не купит, – в тон ему произнес Никита.

Мазаев колыхнулся от смеха.

– Ваша правда, жара-то какая стоит. Не по сезону. Да уж, никто ничего не купит, – повторил он вслед за Никитой, все еще надеясь на согласие. – Эх-ма, снова кучку мусора привезу...

– Но я не специалист во всем... мусоре веков. – Никита усмехнулся.

– У вас природное чутье. Мне не надо объяснять, что именно изображено на старой вещи.

– А вот это уже не мое, – фыркнул Никита. – Не знаком с вещицами от нее.

– Я и сам не знаком. Просто имя на слуху. – Он рассмеялся.

Никита внезапно увидел его всего – от мелких зубов до мелкого смеха. На кого похож? – прикидывал он. Никита наклонил голову набок, заметил чрезмерно толстые для фигуры Мазаева ляжки, обтянутые серыми брюками.

Но не в том отрицательном смысле, который приходит на ум сразу, а в первоначальном. Сатиры – это лесные божества, демоны плодородия в свите бога Диониса. Вместе с нимфами – дочерями Зевса – они бродили по лесам, водили хороводы.

– Мне жаль, но нет, – твердо и окончательно заявил Никита. – Я не могу поехать.

– Ладно, Бог с вами. Верность слову – качество полезное. – Мазаев подмигнул ему.

– Конечно, – разрешил Никита. – В любое время. Все, что знаю, не утаю. – Он улыбнулся.

Никите было легко с этим человеком, он давно не имел дела с теми, кто понимал то же, что и он, умел ценить. Более того – оценить его знания.

– Расходы возмещу, не волнуйтесь. Знаем мы, сколько стоит поговорить с хорошим человеком с другого берега, – проворчал Мазаев.