Лето волонтёра

И предлагает несколько путей шантажа. Среди них есть достаточно экзотические, вроде дестабилизации планетарного ядра и срыва атмосферы.

Разумеется, большая часть предложенного подействует лишь на людей и слабых Прежних из младших арканов. Но этого будет достаточно, чтобы явился Высший.

Я соглашаюсь с ее планами. Слишком быстро, Мод начинает подозревать неладное.

Не важно. Время предательства еще не пришло – ни для нее, ни для меня.

Я сбрасываю свой туманный облик, оставляя его шагать по кольцу вокруг Даута. На несколько секунд это может обмануть Прежних.

Я убираю пространство между собой и Ровианом – вместе со всеми линиями и сетями защиты, ловушками и сторожевыми системами.

И встаю на землю чужой планеты, по-прежнему в теле Миланы, но уже обычных размеров и форм.

Здесь красиво.

Я на невысоком холме, сплошь поросшем зеленой травой и крошечными белыми цветами. Не знаю таких цветов, они выглядят будто микроскопические розы, очень нежные и без шипов.

Рядом со мной городок, словно сошедший с иллюстраций к волшебным сказкам.

Красиво.

Над головой совсем обычное небо, голубое с редкими легкими облачками. И звезда Ровиана похожа на земное Солнце…

– Владычица…

Я поворачиваюсь на голос.

На холме я не один.

Десяток девочек-подростков, все в белых платьях и босиком. Кажется, они плели венки из цветов. С ними девушка постарше, лет двадцати, тоже в белом – не то учитель, не то воспитатель. Во всех взглядах – восторг и обожание.

– Владычица… – Старшая девушка кланяется. Девочки опускаются на колени.

«Владыка» и «Владычица» – это обращение людей к Прежним на Ровиане. Разумеется, в том случае, если люди не знают, с кем именно удостоились чести разговаривать.

– Что мы можем сделать для вас? – спрашивает девушка.

Я знаю, что она готова на все.

Больше всего, конечно, она мечтает стать частью Прежнего, войти в корень, удостоиться чести быть Кандидатом.

Но и превратиться в Слугу – завидная судьба.

Ну или просто услужить любым способом.

В крайнем случае она готова просто умереть, исполняя мои прихоти.

Если я попрошу убить ее подопечных, она примется их душить. А те и не подумают сопротивляться.