Летний сад

– Ладно, пусть так, – сказал Александр, подходя к ней. – И не надо трясти твоим пушистым хвостиком.

Подхватив Татьяну на руки, он перенес ее на диван и уронил животом вниз. Упав на нее сверху, он сжал ее ноги своими и, схватив за запястья, завел ей руки за голову. Она уткнулась лицом в диванную подушку.

– Ты мне все объяснишь или мне придется выбивать из тебя правду?

– Тише ты!

Он потерся подбородком о ее шею, щеку, плечо. Он щекотал ее и шептал глупости, и она засмеялась.

– Я намерен сообразить, то ли мне любить тебя, пока ты не признаешься, или, наоборот, не заниматься с тобой любовью, пока не скажешь все…

– Трудный выбор.

– Думаю, головастик, – прошептал ей на ухо Александр, крепче сжимая ее запястья, – что выбор все-таки за мной…

За их спинами послышалось тихое покашливание. Они повернули головы. Энтони стоял рядом с диваном, и вид у него был растерянный.

– Что это вы делаете? – тихо спросил он.

– Мамуля не хочет кое-что мне рассказывать, вот я и щекочу ее, чтобы она сдалась.

– Папа пытается исцарапать меня щетиной, – сказала Татьяна, поднимая голову над подушкой.

Александр спрыгнул с нее, поднял ее на ноги; они чопорно сели на диван и уставились на сына, а он серьезно вытаращился на них и наконец сказал:

– Ну, что бы ты ни делал, пап, это не помогло.

– Расскажи мне все.

Жарким вечером рядом с горами Александр сидел на качелях, которые соорудил сам, курил, а она подошла и села к нему на колени. Над пустынной долиной, над кактусами садилось солнце, и Александр тихо раскачивал их обоих взад-вперед, а она уткнулась в его шею и нежно бормотала на пиджин-инглише.

Что она имела в виду?

Что он впускал в дом?

Но наконец даже самый тупоголовый, самый занятый лишь собой муж во всем Скотсдейле заметил: что-то не так.

Даже слепой Александр это заметил.

Стив сказал:

– Мы с Амандой редко вас видим в последнее время. Надо бы пойти куда-нибудь.

– Я очень занят, Стив, – медленно произнес Александр, внимательно глядя на Татьяну, сидевшую с опущенной головой.