Летний сад

Ее имя – в тюремных списках.

У Александра задрожали руки.

– Хотите посмотреть? – Берк начал перелистывать толстую пачку бумаг, которые он вынул из папки.

Отступив назад, Александр наткнулся на стул.

Берк воскликнул шипящим шепотом:

– Вы можете помочь вашей матери! Все зависит от вас. Вы можете вернуть ее домой.

Александру нужно было сесть. Но он стоял. И молчал. Если бы он спросил, как это сделать, это означало бы, что он поверил Берку, решил бы, что это правда и его мать жива.

– После войны многие, в особенности женщины, были освобождены и реабилитированы.

– С чего бы им вас слушать?

– Мое внешнеполитическое ведомство находится в постоянном контакте с советским атташе. Я также хорошо знаком с наркомом внутренних дел, он часто отменяет приговоры заключенным по нашей рекомендации.

– Нарком внутренних дел? Вы имеете в виду Лаврентия Берию?

Берк, не ответив, продолжил:

– Мы можем на следующей неделе отправиться в Турцию. Из Стамбула мы полетим через Черное море в Ялту, а потом – с позволения Советов, конечно, – поедем со специальным сопровождением на север через всю страну к лагерю на Волге.

Александр сделал еще шаг назад.

– У меня есть возможность повлиять на них. Времена нынче трудные. Мы часто взаимно пользуемся влиянием…

Стул опрокинулся и упал у книжных стеллажей."

"– Мистер Баррингтон, погодите!

Александр уже выскочил в коридор, резко распахнув дверь.

– Пошли, – коротко бросил он Сэму и Ливайну.

Они быстро ушли, почти убежали, по коридору и на лестницу.

– Что он сказал? – снова и снова спрашивал Ливайн. – Что он сказал?

Сэм молчал.

Александр не отвечал; он мрачно попрощался с Ливайном, а потом сел в машину Сэма и молчал всю дорогу до Силвер-Спринг, и его сердце рыдало.

* * *Они добрались до «номада» уже после десяти вечера. Татьяна сидела снаружи, на маленьких ступеньках дома на колесах, держа на коленях спящего Энтони. Александр долго не мог сказать ей ни слова, а она стояла в его объятиях и рыдала, уткнувшись ему в грудь.

– Мам, ну перестань, пойдем… мам, отойди от него…

Сэм увел мальчика в сторонку, давая им немножко времени.

– Как вообще твоя мама сегодня? – спросил он, поднимая Энтони на руки.

– Ужасно. Она твердила себе, что она просто катастрофа, а не мать. Надеюсь, завтра будет лучше.

– Именно так, Энт, думаю, ей будет лучше.