Лесная невеста. Проклятие Дивины

От беспокойства Избрана плохо спала, хотя за последние месяцы привыкла ко всяким, чужим и неудобным ночлегам. К тому же всю ночь за печью что-то шуршало, скрипело, постанывало, подвывало – это давали знать о себе души умерших нехорошей смертью хозяев. Но после всего пережитого несколько неупокоенных душ вызывали у Избраны не страх, а только досаду: этих еще не хватало!

Наутро они отправились дальше, и еще задолго до сумерек увидели Плесков. Сначала вдоль берега Великой, по которому они ехали, начали попадаться рыбацкие избушки, потом целые порядки дворов, а впереди уже показался сам город – стена, опоясавшая узкий мыс.

Большинство домов выглядело заброшенными, людей почти не попадалось. Избрана забеспокоилась: после голодных годов большого оживления не наблюдалось нигде, но Плесков казался просто вымершим! Кое-где на улицах все-таки мелькали люди, однако, завидев большой вооруженный отряд, сразу прятались.

– Мы производим впечатление, это уже хорошо! – Хедин ухмылялся, стараясь ее подбодрить. – Может, все уцелевшие собрались в крепости? Я бы на месте князя согнал всех туда, чтобы хоть этих ветром не унесло.

– Если тут не погулял какой-нибудь черный мор, – заметил Хринг Сорока, обеспокоенно озираясь. – Хотя вроде бы черепа под заборами не валяются…

– Тогда несло бы трупной вонью, – отозвался Стейн Грива. – Я видел во Фризии мор, я знаю, как это выглядит.

Однако перед самыми воротами детинца приезжие наткнулись на целую толпу.

– Э, а ворота-то закрыты! – воскликнул Эйнстейн Длинный.

Он был прав: городские ворота среди бела дня были закрыты, по заборолу расхаживало несколько вооруженных кметей в кольчугах.

Появление неизвестного отряда переполошило и тех и других. Плесковские сбились в кучу, выставив вперед рогатины и крепко сжимая топоры, что им мало помогло бы, задумай приезжие что-то нехорошее.

– Кто тут с кем воюет? – спросила озадаченная Избрана. – Они что, в осаде? И где же войско?

– Похоже, это оно и есть! – Гейр Упряжка ухмыльнулся и наконечником копья показал на людей перед воротами.