Сценарии судьбы Тонечки Морозовой

 – Разве я могу завести собаку?

– А разве не можешь?

– Мама, – выпалила Тонечка, – ты просто мастер простых решений! Целую, позвоню!

– Ничего не поняла, – напоследок сказала Марина Тимофеевна и пропала из трубки.

Тонечка выбралась из-за стола и обежала лобби-бар. Галины Сергеевны нигде не было.

…А вдруг она не придет? Где ее искать? Обязательно придется искать, чтобы поговорить о крысариках и о бывшей ученице Лене Пантелеевой!

Хорошо бы расспросить и о Лениной матери!.. Наверняка учительница должна знать хоть что-то!.

Тонечка вернулась на свой наблюдательный пункт, но читать про мерзкого шпиона и талантливого ученого больше не могла. Она поминутно смотрела в сторону двери и прокручивала в голове ту самую мысль, что пришла ей в голову во время разговора с матерью.

…Ей придется… решиться, а это трудно. И опасно! Мало ли к чему может привести такое ее решение!..

Она так разволновалась, что вспотели ладони.

Она сидела, вытирала потные ладони о новые брюки, которые еще утром обещали столько удовольствия, а сейчас не доставляли никакого, и все думала и думала.

Явились дети.

– А дядя Саша еще не вернулся? – заговорила Настя, бросив пальто мимо кресла. Даня сразу же поднял. – Есть охота! Мы в поезде ничего не ели, я сразу заснула, как тронулись! А Данька читал какую-то китайскую книгу.

– Не китайскую книгу, а «Задачу трех тел» Лю Цысиня!

– А этот твой Лю разве не китаец?

– Китаец, конечно!

– Значит, и книга китайская, – заключила Настя. – Еще у нас хотят «Варшавскую мелодию» ставить, но пока не распределяли, а я посмотрела, как Борисова играла, вот это да, вот это сила!.

– Да ты что? – поразился Даня Липницкий. – Да неужели такое возможно?

– Вот ты смеешься, – сказала Настя, вытащила из сахарницы кусок и кинула за щеку, – а это правда! Вот например, Караченцов! Или Олег Даль, был такой артист. Господи, как я хочу есть!

– Пойдемте в ресторан и закажем, – предложила Тонечка.

– Не умрем, – бодро сказал Даня. – Хотя в поезде я тоже ничего не ел.

– Почему? – заинтересовалась Настя.

– Из солидарности! Как это, я наемся, а ты нет?

– Как это благородно, друг мой.

– Мое благородство не знает границ.

– Вот именно.

Тонечка их остановила:

– Данька, отнеси пальто в гардероб, вон туда! Настя, кончай грызть сахар.

– Ты что, с ума сошла?! Я сахар не ем!

– Я вижу.