Лекарство для разбитых сердец (СИ)

Простой разговор с симпатичным парнем, а я улыбаюсь как семнадцатилетняя дурочка.

Зашла в туалет, быстро привела себя в порядок и пошла обратно на поиски Кати.

Играл медленный танец, и было много танцующих парочек в разной степени романтичности — начиная от танцев семиклассников у одних, заканчивая прелюдией к сексу у других.

Со спины узнала Диму, — он стоял и смотрел на танцпол. Я подошла к нему, встала рядом и проследила за его удивленным взглядом с поднятыми вверх бровями.

Моя нижняя челюсть отвисла от шока. Сколько меня не было? 10 минут или месяц?

Катя и Женя поедали друг друга, не стесняясь никого.

— Ты видишь тоже, что и я? — спросил медленно Дима, наклонившись ко мне.

— Мы же не можем видеть одну галлюцинацию на двоих? — отозвалась я.

— Сомневаюсь. Мы слишком долго болтали в коридоре, раз они успели дойти до поцелуев?

— Это все бабулино вино, которое мы пили, — вздохнула я.

— Вот сейчас у них и спросим, — улыбаясь, ответил Дима.

Глава 10

Хуже, чем просыпаться под крик Адель, может быть только пробуждение после бурной вечеринки с кучей алкоголя.

Кое-как разлепила глаза и уставилась в потолок — вот это была ночка!

Отлично отметили мою свободу, мысленно усмехнулась.

Хорошо, что сегодня выходной и можно никуда не спешить.

Катя лежала там же, где я ее и оставила — в своей комнате.

— Рота, подъем! — закричала я.

— М-м-м-м. Кто я? Где я? — простонала она.

— Еще вчера ты была Катей Игнатьевой, а сегодня ты спишь в своей постели. Но это скорее моя заслуга, чем твоя, уже полдень, кстати.

— Что-о? — подруга села и сразу схватилась за голову, — почему так болит голова и о-о-о мои ноги. Мы что, бежали вчера пятикилометровый марафон на каблуках?

— Какие пять километров, бери все двадцать.

— Алинк, что было то? Никак не могу собраться.

Я села на пол по-турецки. Вид у Кати был ужасный, хотя я не лучше.

Мне, хоть и хватило сил быстро принять душ, сделать это качественно не получилось.

Из зеркала на меня смотрела панда, из-за плохо смытого мэйка, а волосы и вовсе были как гнездо, все таки надо было хоть немного их расчесать вчера и не ложиться с мокрыми.

— Значит, слушай, — начала я. — Мы пили бабушкино вино.

— Лекарство, Алина, — перебила она меня.