Единица безумия

"

"– Угу, – кивнул Каверин. – Если ты пойдешь к отцу и скажешь, что я тебя не устраиваю, и меня уволят, в чем я глубоко сомневаюсь, я уйду. Без вопросов. Дело не в деньгах, а в том человек ты или нет.

– Не в деньгах, думаешь? Все на свете продается и все покупается.

– Если ты шлюха, то да. Честно, заочно я был о тебе другого мнения, но вчера ты меня разочаровал.

– Мне тоже плевать, что думает обо мне каждый первый встречный поперечный.

– Тогда зачем извинялся?

Андрей угрюмо замолчал.

– Понимаю, как тебе хреново, – усмехнулся Марк.

– Не понимаешь.

– Понимаю. Некоторые жизненные ситуации мне тоже давались со скрипом. Но это пройдет.

– Это не моя жизнь.

– Теперь твоя, и тебе придется с этим смириться. Чем быстрее, тем лучше.

– Мне даже поговорить об этом не с кем. Я как будто…

– В тюрьме?

– Что-то типа этого. Всегда говорил, что не свяжусь с отцом. По крайней мере мой единственный друг об этом знает. А теперь я тут. И мне хочется это как-то объяснить… что я не продался, это не из-за денег, но я не могу.

– Нельзя.

– Я знаю. И меня это бесит.

– Если он твой настоящий друг, то что-то объяснять ему не понадобится. Что надо, он и сам поймет.

– Ты, наверное, считаешь меня идиотом. Богатый папочка хочет мне свое состояние навязать, а я брыкаюсь.

Каверин пожал широкими плечами.

– Субъективные данные сложно оценивать. Это ты думаешь, что попал в ад. А для меня это тихая мирная работа на гражданке. Тихая и мирная, – внушительно повторил он.

– А что тебя заставило пойти работать к папе?

– А я на пенсии. Надо же чем-то заниматься.

На пенсии, говорит. Андрей усмехнулся. Сколько ему? Чуть старше его самого, кажется. Хотя силовики рано уходят, лет в тридцать пять. Марк из тех, возраст которых с первого взгляда не определишь. Лицо молодое, чистое, никаких признаков старения, но глаза – темные, мудрые. Глаза много повидавшего человека. Человека, которого уже ничем не удивить.

– И по каким вопросам я могу к тебе обращаться?

– По любым.

– А если я захочу узнать, кто ее любовник и убить его? – усмехнулся Андрей.

– Это точно ко мне, но, надеюсь, до этого не дойдет.

– А если жена узнает, что я изменил, и захочет убить меня.

– Надеюсь, до этого тоже не дойдет.