Легион против империи

Он сидел на изящном табурете, уложив ноги на роскошный сундук, резной, инкрустированный бронзой и слоновой костью и вертел в руках оправленный в золото розовый стеклянный кубок в форме виноградной кисти. Любовался игрой света в выдержанном фалерне.

— Какое, на хрен, чувство дистанции! — продолжал восхищаться Геннадий. — Это не чувство дистанции, это просто — чувство! Он шкурой чует контакт, понимаешь? Шкурой! И уходит, уводит себя… Просто потрясающе! Я о таком только читал. Помнишь, как там у Мусаси, кажется… Возможность победы заложена в противнике, а возможность поражения — только в тебе.

"— Ты же сам сказал перед отъездом, что мне нужен телохранитель, который умеет убивать быстрее убийц, — заметил Коршунов. — Теперь у меня такой есть.

— Дурак ты, Леха! — с разочарованием произнес Черепанов. — Я о чуде, а ты о рубилове. Ладно, допивай мое вино и проваливай. Тебе сегодня к Аптусу ехать, не забыл?

Глава вторая

Пальмира, лагерь Первого Парфянского и старина Гонорий Плавт Аптус, у которого слишком много дел

С собой Коршунов собирался взять десяток легионеров из готов и Красного с Фульминатом, но к нему неожиданно заявился сам Скулди.

— С тобой поедем мы, Аласейа, — заявил герул решительно. — Надо.

Ну надо так надо.

— Выезжаем в через четыре часа, — сказал Коршунов. — Успеете собраться?

Скулди поглядел на него… с сожалением.

— Аласейа, — сказал он. — Мы все знаем, как велика твоя удача. Ты принес нам деньги и славу.

Ну да. Конечно, Алексей должен знать, что его «спецназовцам» собраться — коней оседлать да пояс с оружием надеть. Остальное всегда наготове.

А вот Коршунову требуется намного больше времени. Ему еще с Настей надо попрощаться. Как следует. На два дня вперед.

Со Скулди прибыло девятнадцать бойцов: пять герулов и одиннадцать готов.

— Вообще-то я планирую вернуться к Флоралиям, — заметил Коршунов.