Легендо

Большинство карт были прохладными на ощупь, некоторые холоднее, другие теплее. Но эта опалила пальцы таким жаром, что Телла едва не отдернула руку. Усилием воли она заставила себя перевернуть карту.

Металл вспыхнул фиолетовым, и из-за решетки гигантской серебряной птичьей клетки на Теллу уставилась прекрасная женщина в пепельно-лавандовом платье.

Узница!

Телле сдавило грудь, не только потому, что эта карта напомнила ей о показанном Араклом образе собственной матери. Узница имела двойное значение: иногда ее появление обещало любовь, но обычно – жертву.

Внезапно Телла вспомнила предупреждение Найджела: «Имей в виду, победа в игре будет иметь такую цену, о которой ты впоследствии пожалеешь».

– Я выбрала карты, – объявила она, в упор глядя на Армандо. – Давай мне следующую подсказку.

Он загадочно скривил губы.

– Даже не заикайся о том, что не можешь…

– Держи свои когти в перчатках, – отозвался он и, встав со стула, сделал несколько шагов вперед и прижал руку к одному из висящих на стене зеркал.

Телла слышала о том, что вся Валенда опутана сетью потайных ходов. Должно быть, это один из них.

– Следуй по этому пути, пока не почувствуешь, что что-то заставляет тебя остановиться. Там-то и обнаружится следующая подсказка. Но помни, Донателла, что в Каравале подсказки не главное.

Глава 21

Границы мира игры и того, что лежало за ее пределами, начали расплываться, позволяя двум реальностям слиться воедино, как будто они никогда и не существовали порознь.

Караваль иллюзорен – Телла всегда это знала, и все вокруг тоже. Тем не менее, пробираясь по тайному туннелю Армандо в поисках второй подсказки, она задавалась вопросом, не может ли игра быть более реальной, чем ей бы того хотелось.

Телла начала играть, полагая, что ее сделка с Джексом подлинная, и если она станет победительницей и приведет к нему Легендо, то сможет спасти свою мать. После бала она поверила и в то, что Джекс – истинный Принц Сердец, Мойра, которой каким-то образом удалось сбежать и вернуться на землю. Теперь же ее вера иссякла.