Легат

По периметру виднелись множество строений разной этажности, ажурные конструкции и зияющие шахты подземных доков, а в геометрическом центре находился тот самый орбитальный лифт. Монументальное сооружение, напоминающее разлапистую четырехгранную башню из тусклого металла и черного камня, не уступающее по высоте небоскребам Города. Серебристая пуповина на вершине, которая на самом деле была толстенным ажурным тоннелем из сверхпрочных композитов, сверкающей нитью исчезала в небесах. Где-то на низкой околоземной орбите она оканчивалась приемником космического дока, к которому прямо сейчас должна была уже пристыковаться Звезда.

Далекий рокот. Вспышки в тумане. Возле Космодрома уже шел бой. Я заложил крутой вираж, резко снижаясь — и наконец-то увидел врагов.

Они напоминали стаю громадных, вытянутых летающих кальмаров с гроздью щупалец сзади. Окруженные тучей уже знакомых мне скаутов, перехватчиков и «стрекоз», казавшихся на фоне огромных «кальмаров» роем гудящей мошкары, они стремительно снижались, почти отвесно рушились вниз, не обращая внимания на активный заградительный огонь.

По всему периметру Космодрома беспрестанно мерцали вспышки выстрелов. Гаусс-зенитки, импульсники, ракетометы и обычное стрелковое оружие — по вражескому рою работало все. Я видел несколько «Микадо», пересекающих черные гексагоны, синие вспышки импульсов разогретой плазмы, вырывающиеся из их стволов и суету легионеров, занимающих круговую оборону вокруг орбитального лифта.

— Вингеры, за мной! — знакомый голос Кайта дрожал от напряжения, — Делай как я!

Другие Инки достигли Космодрома чуть быстрее меня. Яркие искорки их вингеров неслись наперерез «кальмарам», блеснули алые лучи, в туче Ши вспухли огненные пузыри взрывов. Несколько громадных Тварей разнесло в клочья, один из «Икаров», насквозь пронзивший вражеский рой, вспыхнул пылающим болидом, с надсадным воем пошел вниз, врезался в землю на окраине Космодрома.

Я наконец-то сообразил, что «кальмары» — не сами Ши, а просто оболочка их биологического транспортника. Причем одноразового, подобного кокону — касаясь поверхности, они разлетались мыльными брызгами, освобождая массу таившихся внутри существ.