Ледяной укус

Слова были саркастичными, но я могла сказать, что она идет по лезвию ножа страха или гнева. Это конечно объясняло раздражительность Этана.

— Что привело тебя? — спросил Катчер.

Я дала им тоже общее представление, что и Джеффу, и я не была взволнованна, когда они выглядели так же удивленно как он слышался. Я надеялась на немного большее знакомство с проблемой, и думала это решение.

— Как, они вместе? — спросил Катчер.

— Это часть, в которой мы не уверены, я надеялась, что у вас могут быть идеи.

Мэллори встряхнула волосы.

Это опечалило меня, что Мэллори снова зовет его Катчер. У нее было миллион прозвищ для него, и она использовала их чаще. Но они были на перерыве, который Катчер заслужил, так что там было немного, что бы я могла сделать.

— Я не знаю, — сказал Катчер. — Я могу спросить Джеффа.

— Он уже в этом, как Сет и Пейдж. Я уверена, кто-нибудь придумает что-нибудь.

Катчер кивнул, потом посмотрел на часы, потом на Мэллори снова.

Она кивнула несколько раз. — Ладно.

— Я дам вам знать, если мы найдем что-нибудь, — сказал он и вышел за дверь.

Ни крепких объятий, ни прощального поцелуя для Мэллори. Никакого прощания вообще, на самом деле.

Я посмотрела обратно на нее, но она не встретила мой пристальный взгляд, Она просто продолжала собирать на том месте, на одеяле.

— Ты хочешь поговорить об этом?

Она невесело рассмеялась

— Я спустила всю свою жизнь в унитаз. Это все что я могу тебе сейчас сказать.

Она подняла руки перед своим лицом и положила ладони на глаза.

Я кивнула. Мое сердце болело за нее, даже при том что я могла вполне сочувствовать

Катчеру.

— Ты и Этан? — спросила она, пытаясь немного улыбнуться. Так или иначе, что заставило ее казаться еще печальнее.

— Мы работаем над этим. Сейчас все просто очень сложно.

Она кивнула, потом закусила край своей губы.

— Это так неудобно, — сказала я.

— Да.

Казалось, что она сказала это с облегчением.

— Как будто мы незнакомы друг с другом.

Мэллори кивнула. — Мы и есть. Я незнакомец для тебя. Ты не знала, что я была способна на все те вещи, те вещи, что я сделала. Ужасные вещи Оказывается, — она посмотрела вверх на меня, — я из тех людей, кто причиняют боль другим, чтобы получить то, что они хотят. Я не должна быть здесь прямо сейчас. Я должна быть в тюрьме.

Ее печаль была почти осязаема, но, по крайней мере, она уже начала понимать реальность.