Ледяной плен

— Чем это их так? Неужто радиацией? — Тарас с содроганием оглядел скрученные культи, всматриваясь в перекореженные лица, растянутые словно гротескные театральные маски, и сто лет спустя страшной гибели продолжающие взывать о помощи немым криком.

— Совершенно верно, — подтвердил Ежи. — Штаммы вируса изготавливались на основе разнообразных биологических и радиоактивных материалов. Среди них присутствовал даже яд какой-то африканской рыбы.

Вспомнив об «автографе», полученном на африканском побережье, поляк снова ощутил скользнувший по телу холодок.

Вошедшая в операционную Лера с поразившим Батона спокойствием оглядела чудовищные останки давно забытых экспериментов.

Как быстро она повзрослела… и ожесточилась.

Сейчас девушка была мало чем похожа на задорного подростка, с азартом стряпавшего для него приманки. Нет, внешне она была той же самой девчонкой, но…

— Так вот откуда они приходят, — испуганно перекрестился Мичиган и, достав из-за воротника крестик на цепочке, приник к нему пухлыми губами.

— Мич, вот только сейчас не начинай! — поморщился Макмиллан, по-хозяйски пристраивая свои перчатки на край одного из столов.

— Кто приходит? — тут же заинтересовался Ежи.

— Фантомы, — сквозь стиснутые зубы процедил выпучивший белки великан, едва шевеля губами.

— Кто? — искренне удивился Ежи.

— Несколько лет назад с одной из ближайших станций пришел сигнал бедствия, — тихим голосом начал рассказывать поляку Мичиган.

— Ну, понеслось! — явно не раз слышавший историю техасец сунул в рот свою неизменную палочку и, рассеянно оглядываясь, стал неторопливо обходить просторную лабораторию.

— Часа в три или четыре ночи это было, — тем временем продолжал черный. — Я тогда дежурным по связи был. Так вот, выходят они на связь, значит, а в эфире сплошной треск, помехи, свистит что-то. Ну, наладил кое-как, в общем. А их радист… — не договорив, великан недоверчиво покосился на расхаживающего вдоль стеллажей с законсервированными органами Макмиллана.

— И что же на самом деле случилось? — с оттенком иронии поинтересовался Ежи, начиная разделять скептицизм техасца касательно суеверий Мичигана.