Ледяной плен

Далее Гитлер говорил о важности великой миссии, лежавшей на наших плечах, хвалил нашу решительность и отвагу, даже называл колонистами и пилигримами антарктической страны. Он выражал уверенность, что начатое строительство базы и последующее освоение ледников станет лишь первым шагом на пути становления новых сил Великой Германии. В своей манере, по мере выступления возбуждаясь от собственных слов и сопровождая речь частым постукиванием сжатого кулака по столу, он даже высказал сожаление, что не сможет находиться рядом с нами в тот торжественный миг, когда ноги первых арийских завоевателей ступят на ледяную землю, хранящую множество тайн.

Не знаю, что в те минуты творилось в сердцах и душах каждого из нас, но, милая Грета, клянусь: о лучшем подарке мы и мечтать не могли! Наш Вождь, Предводитель и любящий Отец поздравлял нас с праздником, искренне восхищаясь нашей самоотверженностью и мужеством. Клянусь тебе, в тот момент в глазах каждого из поднявшихся в кают-компании и выбросивших руку в торжественном приветствии людей, независимо от возраста и должности, стояли счастливые слезы любви и благодарности.

Прости, если утомил тебя длинным письмом, но мне так хотелось поделиться с тобой своими впечатлениями от неожиданного личного обращения нашего фюрера… Так по тебе соскучился и, несмотря на увлекательнейшую работу в проекте „Пирамидеры“, на который привезенные нами светлые умы из Аненербе возлагают большие надежды, уже ужасно хочу к тебе и детям. Но этой мечте пока не суждено сбыться, так как моя командировка заканчивается не раньше, чем через месяц, а учитывая долгий обратный путь, в ближайшее время, милая Грета, встречаться нам с тобой суждено лишь во снах.

Поцелуй за меня Марту и Тиля.

Всегда любящий тебяВильгельм.Новая Швабия, 17 января 1944 года»."

"* * *Покончив с чтением, Крюгер некоторое время задумчиво смотрел на письмо, так и не нашедшее адресата.