Ледяной плен

— Спасибо, уже лучше, — слабым голосом ответила Лера, переступая порог. — Посиди тут, я не долго.

Разочарованно пискнувшая мышь, неохотно потоптавшись у входа, наконец по обыкновению привалилась спиной к стене.

— Дверь прикрой, — попросил поляк.

— Вы что-то хотели?

— Присядь, — предложил Ежи.

Лера послушно опустилась на откидной стул, с любопытством разглядывая незнакомые схемы и документы на столе, поверх которых, словно маяк, возвышался початый графин сивухи. — Чаю хочешь?

— А у вас есть? — девушка с сомнением покосилась на графин.

— Могу распорядиться.

— Я думала, здесь теперь всем дядя Тарас распоряжается…

— Он распоряжается судном, я — своими людьми. Так чего, будешь?"

"— Нет, спасибо. Меня Треска только что покормил, — отказалась девушка и улыбнулась, вспомнив, как совсем недавно оба повара, устроившись за столом напротив и подперев кулаками растекшиеся в глуповатых улыбках физиономии, с материнским умилением следили, как она расправлялась с кашей и котлетами.

— Дело твое. Проходит? — увидев, как девушка легонько поскребла живот, спросил Ежи.

— Ага, только чешется очень, — оставленное присоской чудовища красное пятно постепенно исчезало. — А как ваша рука?

Поляк слегка пошевелил пальцами висящей на перевязи руки.

— До свадьбы заживет. И чего тебя на палубу-то потянуло, а? — поинтересовался он, подливая из графина в свой пустой стакан. — Думала сама с монстром справиться?

— Хотела дяде Мише помочь…

— А в результате чуть не погибла, — покачал головой Ежи.

— Меня кто-то толкнул, — Лера виновато опустила голову.

— Ты еще скажи: «Я нечаянно!» — усмехнулся поляк, отпивая из стакана. — Ничего, ствол можно новый добыть, а вот жизнь нынче второго шанса не дает, усекла?

— Усекла, — вздохнула девушка.

— Пока ты там, на койке, ручонками за хвост жизни цеплялась, команда о погибших не так остро тужить стала. Ты им, можно сказать, своей хворью пример подала. Да и Колобок, я гляжу, жирок основательно подрастряс, пока за тобой бегал…

— Если бы не Виктор Михайлович, я бы точно умерла, — согласно кивнула Лера.

При упоминании уютного медика в груди девушки снова поднялась теплая волна благодарности. Ее не смущало даже то, что все это время сражавшийся со смертью врач видел ее голой.

— Ясное дело! Еще не хватало, чтобы ты прямо у него на глазах окочурилась и потом до конца дней во сне к нему являлась.

— Не говорите так!

— Ладно, пустое.