Ледяной плен

— А, вернулась! — выглянул из своей половины Ерофеев. — Тебя тут уже прызент дожидается.

— Как красиво! — пролепетала присевшая на краешек скрипнувшего стула девушка. — Деда, а что это?

— Вестимо, что, — усмехнулся тот, разливая по чашкам дымящийся грибной чай. — Цветок. Все честь по чести, я на радиацию проверял. Где его Батон откопал, одному богу известно. На болотах, что ли?

Лера представила себе мерцающий бескрайний ковер где-то там, на поверхности.

— А как он называется?

— Спроси чего полегче, — поставив перед девушкой кружку, Ерофеев подсел к столу.

— Аленький, — завороженно повторила Лера незнакомое слово.

— Ладно, родная. С днем рождения!

Лера и дедушка чокнулись жестянками кружек.

— Деда, а зачем к нам караван пришел?

— Дело у них к нам серьезное, — прихлебнув из кружки, нехотя ответил Ерофеев. Девчонке совершенно необязательно знать об истинных целях визита гостей.

— Еще бы, — нахмурилась Лера. — Раз они проделали такой путь.

— Да не забивай ты себе голову чужими проблемами! Пусть Совет разбирается, — Ерофеев подлил девушке еще чая. — У тебя праздник все-таки.

— Ой, совсем забыла! Смотри, что мне подарили! — Лера достала из кармана пудреницу.

Дед повертел безделушку в руках, прищурился:

— Ишь ты! Витек расстарался?

— Как же! Я его вообще сегодня не видела. Юрик где-то достал.

— Подрастает, шельмец, — хмыкнул Ерофеич и вернул Лере подарок.

— Дед, я тебе уже тысячу раз говорила и еще повторю, — Лера сверкнула глазами из-под рыжей челки: — Я эту образину ушастую и за ящик патронов к себе не подпущу! Хватит об этом!

— Ну, перестань, не кипятись. Не все же тебе в девках сидеть, вон уже какая, — примирительно сказал Ерофеев и стрельнул взглядом на лежащий на столе пожеванный томик с названием «Домоводство». — Прочитала?

— Деда, ну это же такая скука! — закатив глаза, простонала девушка.

— Конечно, живность по поверхности куда интереснее гонять. Только тебе давно уже о другом думать пора: как домашнее хозяйство вести, семейный быт налаживать…

— Нет, это тебе нужно. Чтобы породниться с Боровиковым и на Совете получить право голоса. А я? Меня ты спросил? Я сама хочу решать, как мне жить!

— Поверь, так будет лучше для всех, — прихлебнув из кружки, авторитетно заявил Ерофеев. — Я знаю.

— Не знаешь! — упрямо отрезала Лера.