Ледяной плен

Ноги еще заплетались, однако пленница сумела беспрепятственно спуститься с жертвенного алтаря и подбежать к привязанному Батону.

— Дядя Миша…

— Нож в голенище! — не тратя времени на сантименты, скомандовал тот.

Вытащив клинок, Лера, сжимая его обеими руками, быстро освободила друзей.

— Нужно забрать оружие! — пригибаясь, члены отряда припустили к домику вслед за Батоном.

Внутри в паническом ужасе прятался давешний туземец со сковородкой, который при виде чужаков распластался на земле, что-то жалобно бормоча.

— Сначала готовить научись, чувак! — Треска сердито выдернул сковородку из рук туземца и звонким ударом отправил его в нокаут.

— Ты на кой черт в чащу полезла?! — едва отдышавшись, накинулся на девушку Батон.

— Я… Мне… Дура я, — Лера отвернулась. — Простите меня.

Тем временем в пазы с щелчком встала последняя кассета с лентой для «ГШГ».

— Поторопитесь! — послышался снаружи голос оружейника. — Я долго не протяну!

Лера юркнула в свою химзу, и Чучундра тут же забралась на свое законное место — в карман на груди.

— Уходим! — скомандовал Батон, когда все расхватали рюкзаки.

— Постойте! — вспомнила девушка, застегивая пряжки ботинок. — Там в вертолете белая женщина! Нужно ей помочь!

— Белая? — Батон недоверчиво посмотрел на напарницу.

— Что еще за новости? — вскинулся шнурующий рюкзак Савельев.

— Она совсем старая, на непонятном языке говорит. Ее на цепи держат!

— Значит, ей тут не сладко, — рассудил Батон. — Ладно, разберемся. Треска, Паштет, прикрываете! Пошли!

Снова оказавшись на объятой пламенем поляне, Лера не узнала туземную деревушку.

— К деревьям давай! — скомандовал Савельев отступающему к лесу стрелку, у которого как раз закончились патроны."

"Тут Лера увидела, как по грузовой аппарели вертолета спускается вождь, таща за собой на цепи несчастную старуху.

— Вон там! — дернув напарника за рукав, девушка указала в их сторону.

— Так, значит? — вскинув СВД, Батон приник к прицелу, ловя в перекрестье лобастую башку вождя.

Пуля снесла тому половину черепа, и жирное тело рухнуло в траву. Старуха, оцепеневшая от ужаса, забрызганная горячей кровью, постояла неподвижно, беззвучно что-то лепеча, а потом с рыданиями повалилась наземь.

— Пойдемте со мной, — подбежавшая Лера наклонилась над плачущей женщиной и, мягко взяв ее за руку, потянула за собой. — Теперь все будет хорошо.

— Давай, бабуся! — пленницу под локти подхватили Паштет и Треска.