Ледяной плен

Что же вынуждало Леру делать такие частые остановки? Постоит, потопчется — и дальше бежать. Значит, за ней никто не гнался, а это уже, худо-бедно, хорошая новость. Батон с каждой проходящей минутой все больше дивился той неведомой силе, которая с такой легкостью увлекла всегда послушную и осторожную девчонку в дебри враждебной и незнакомой ей земли. За все восемь лет, что он ее учил охоте на мутантов, Лера ни на одной вылазке не позволила себе ослушаться его приказаний и именно поэтому до сих пор оставалась жива.

И вот, спустя несколько часов, они, наконец, натолкнулись на первую находку.

— Ну, что там, что? — с нетерпением пытал напарника Треска.

— Откуда я знаю? — огрызнулся тот. — Сходи, посмотри!

Окружившие Батона мужики увидели в его руке вязаную шапку девушки.

— Тут следы прерываются, — оглядев членов отряда, мрачно сказал он. — Конец.

— Но ведь не испарилась же она, а, чуваки? — недоверчиво выкатил глаза Паштет.

— Мы уже далеко от берега, в чаще леса, и сейчас ночь, — тихо проговорил Батон, быстро зажавший собиравшемуся крикнуть повару рот рукой с шапкой. — Ты знаешь эти места?

Тот отрицательно помотал головой.

— Вот и я нет. А это означает, что лишние звуки нам ни к чему, усек?"

"Выпучивший от страха глаза Паштет послушно закивал.

— Дальше-то чего делать? — осторожно поинтересовался Азат.

Опустившись на одно колено, Батон закрыл глаза и провел ладонью по влажной земле, словно прислушиваясь к своим ощущениям. Через движущееся препятствие шустро переползла мясистая сороконожка, но охотник не обратил на это внимания. Вместо этого он задрал голову и некоторое время внимательно всматривался в шелестящие кроны деревьев над головами путников.

— Огонь тушите! — внезапно тихо скомандовал Батон.

— Чего? — с тревогой переспросил Треска.

Перспектива оказаться в ночных джунглях без света была ему явно не по душе.

— Факелы в ручей, говорю! Быстро! — сквозь зубы прошипел охотник и с тревогой стал вглядываться куда-то в чащу погруженных во мрак джунглей.

Члены отряда с неохотой покидали факелы в журчащий среди зарослей ручей. Невесомым покрывалом опустилась вязкая, зловещая темнота, в которую в очередной раз вплелось знакомое стрекотание.

— Снова цикада? — предположил затравленно озирающийся Паштет.