Ледяной плен

 — Нашли? Живая?

Вот уже несколько часов поисковая команда, состоящая из Азата, Савельева, Паштета и Трески, осторожно продвигалась сквозь темные дебри, следуя за Батоном, который все старался высматривать в сгущающейся черноте африканской ночи отпечатки Лериных ботинок на влажной земле. Но здешняя почва словно была живой: она дышала и двигалась, старалась разгладиться и избавиться от вмятин, которые сделали в ней маленькие ребристые подошвы…

Еще чуть-чуть, и эта земля окончательно проглотит ее следы — бесследно, точно так же, как джунгли несколькими часами раньше поглотили любопытную девчонку.

— Нашли! — передав факел Савельеву и подобрав что-то с земли, Батон устало почесал слезящиеся от напряжения глаза. — Да только не то, что искали.

С того момента, как они ступили в заросли, Михаил ожидал увидеть в нервном свете факела нечто подобное, и, осторожно шагая вперед, свободной рукой только сильнее сжимал приклад своей верной винтовки.

Слишком далеко. И, судя по следам, девчонке без труда удалось преодолеть все это расстояние пешком — причем до сего места никто на нее и не думал покушаться.

Старый охотник читал по отпечаткам на земле, как по страницам открытой книги. Вот тут она шла, здесь почему-то остановилась, потом бежала — в некоторых местах в вязкий рассыпчатый дерн были глубоко погружены только носки ботинок — такие отметины может оставить лишь стремительно бегущий человек.

Мистика какая-то! Таинственности ночным поискам добавляло то отдаляющееся, то снова приближающееся стрекотание невидимого в притаившихся зарослях существа.

— Кто это там щелкает? — спустя полчаса с тревогой поинтересовался Паштет и шмыгнул носом.

— Цикада, наверное. Это, типа, насекомыш такой, — через плечо бросил Батон. — Говорят, ее за милю можно услышать.

— За милю, — словно успокаивая себя, повторил Паштет, подозрительно озираясь на джунгли. — Цикада, ага.

— Хочешь — сходи, посмотри, чувак! — подначил напарника Треска. — Представляю, какая из себя эта цикада! С буренку, небось!

— Иди ты! — Паштет испуганно вздрогнул, когда звонкое стрекотание неожиданно раздалось совсем близко.

— Что-то ты больно разговорчивый, — по-прежнему не оборачиваясь, заметил Батон.

— Это от нервов, — громко ответил за Паштета Треска и, одернув напарника за рукав, прошептал: — Не зли его, сам же знаешь…

С этими словами он многозначительно покрутил пальцем у своего виска.

— Не отставайте, — поторопил отставших поваров охотник, и те послушно прибавили шагу.