Эркюль Пуаро

– Voilà!

И театральным жестом он бросил их на стол.

Все сгрудились вокруг стола, наклонили головы, стараясь получше разглядеть снимки; послышались возгласы:

– Смотрите-ка!

– Какая жуткая безвкусица!

– Только посмотрите на эти розы! «Ах, эти розы, ах, эти розы!»

– Господи, ну и шляпа!

– Какая жуткая девчонка!

– Но кто они такие?

– Ну и мода была в те времена!

– Эта женщина явно была хороша собой.

– Но почему это факты?

– Кто они такие?

Медленным взглядом Пуаро обвел лица всех, кто стоял вокруг стола.

Он увидел на них лишь то, что ожидал увидеть.

– Вы никого здесь не узнаете?

– Узнаем?

– Может, кто-то из вас уже видел эти фотографии? Может... да, миссис Апворд? Вам что-то показалось знакомым, не так ли?

Миссис Апворд колебалась:

– Да... мне кажется...

– Которая из них?

Ее указательный палец поднялся и застыл на фотографии девочки в очках – Лили Гэмболлл.

– Вы видели эту фотографию... когда же?

– Совсем недавно... Вот только где... Не могу вспомнить. Но я ее видела, за это могу поручиться.

Она сидела, нахмурившись, сведя брови к переносице.

Из состояния сосредоточенной отрешенности ее вывела Шила Ренделл. Она подошла и сказала:

– До свидания, миссис Апворд. Надеюсь, вы как-нибудь заглянете ко мне на чашечку чаю, если будете хорошо себя чувствовать.

– Спасибо, милая. Робину придется закатить меня на горку.

– Разумеется, madre. Благодаря твоей коляске я такие мышцы накачал – о-го-го! Помнишь, когда мы отправились к Везерби и стояла страшная грязища...

– Ага! – вдруг воскликнула миссис Апворд.

– Что такое, madre?

– Ничего. Продолжай.

– Ну и намаялись мы с этим штурмом холма! Сначала буксовала коляска, потом забуксовал я. Думал, нипочем домой не доберемся.

Посмеиваясь, гости распрощались и дружными рядами разошлись.

Да, думал Пуаро, алкоголь развязывает языки, что верно, то верно...

Свалял он дурака, показав фотографии, или, наоборот, поступил мудро?

Может, и он пал жертвой алкогольных паров?

Трудно сказать.

Буркнув что-то в знак извинения, он повернул назад.

Толкнул ворота и подошел к дому, из которого только что вышел. Из открытого окна слева доносилось журчание двух голосов – Робина и миссис Оливер. Ее вклад был минимален, львиная доля звуков в этом бессвязном потоке принадлежала Робину.

Толкнув входную дверь, Пуаро прошел в комнату направо, которую покинул минуту назад. У камина сидела миссис Апворд. Судя по лицу, ее одолевали мрачные мысли. Она настолько ушла в себя, что появление Пуаро заставило ее вздрогнуть.