Эркюль Пуаро

Точно сказать можно одно: миссис Везерби, безусловно, была хорошенькой. Это видно невооруженным глазом. Кажется слишком хрупкой и беспомощной, чтобы совершить убийство, но именно так, если не ошибаюсь, все воспринимали и Еву Кейн. Трудно сказать, какая физическая сила требовалась для того, чтобы убить миссис МакГинти: надо знать, каково было орудие убийства, какая была рукоятка, насколько легко им было взмахнуть, насколько острым было острие и так далее.

– Да-да. Ничего этого нам выяснить не удалось... но продолжайте, прошу вас.

– Насчет семейства Везерби могу высказать еще одно замечание: мистер Везерби, если пожелает, может вести себя весьма вызывающе, и, полагаю, иногда он это себе позволяет. Дочь фанатично предана матери. Отчима она ненавидит. Я никак не оцениваю эти факты. Просто принимаю их во внимание. Например, дочь могла пойти на убийство, чтобы уберечь мать, чтобы ее прошлое не стало известно отчиму. По той же причине совершить убийство могла и мать. И даже сам отчим – чтобы «скандал» не стал достоянием гласности.

Спенс кивнул.

– Если – подчеркиваю, если – публикация в «Санди Комет» – верный след, тогда преступник, вероятнее всего, в семье Везерби, – сделал он вывод.

– Именно. Единственный, кто еще в Бродхинни мог бы оказаться Евой Кейн, – это миссис Апворд. Но есть два обстоятельства, которые заставляют усомниться, что убийца миссис МакГинти – это миссис Апворд, она же Ева Кейн.

– В романе, – не без горечи заметил Спенс, – кресло-каталка вполне могло оказаться липой, а в подлинной жизни, думаю, все точно, как в аптеке.

– Во-вторых, – продолжал Пуаро, – миссис Апворд показалась мне человеком категоричным и волевым, склонным действовать скорее силой, нежели увещеваниями, а с обликом нашей молоденькой Евы это не вяжется. Впрочем, характеры, конечно же, меняются, и самоуверенность часто приходит с возрастом.

– Тут вы правы, – признал Спенс. – Итак, миссис Апворд? Не исключено, но маловероятно. Теперь другие линии. Дженис Кортленд?

– Думаю, от этой кандидатуры можно отказаться. В Бродхинни нет никого подходящего возраста.

– А вдруг кто-то из женщин помоложе – это Дженис Кортленд, которая хорошо сохранилась? Простите, это я пошутил.

– Трем женщинам тридцать с небольшим. Дейрдре Хендерсон, жене доктора Ренделла и миссис Ив Карпентер.