Эркюль Пуаро

К примеру, старый полковник Сандис был столь убежденным сторонником строгой дисциплины, помню я, что его бедные дочери...

(Долгий рассказ об испытаниях девиц Сандис и других подруг юности леди Кармайкл.)

– Учтите, – сказала она, возвращаясь к исходной теме, – я не говорю, что с этими девушками что-то и вправду не так. Просто они жизнерадостные – и связались с плохой компанией. Раньше здесь такого не было. Сюда приезжают самые странные люди. Больше нет того, что можно было бы назвать «дворянством». Только деньги, деньги, деньги.

.. И ходят самые странные слухи!.. Кто, вы говорите? Энтони Хокер? О да, я его знаю. Я бы назвала его очень неприятным юношей. Но он явно купается в деньгах. Приезжает сюда поохотиться, устраивает вечеринки, очень щедрые вечеринки, и довольно странные к тому же, если верить всем слухам. Лично я им не верю, потому что считаю, что люди такие недоброжелательные. Они всегда верят самому плохому. Знаете, стало очень модным говорить, будто человек пьет или употребляет наркотики. Кто-то сказал мне недавно, что молодые девушки от природы склонны к пьянству; я же считаю, что говорить так очень дурно. А если кто-нибудь ведет себя странно или неуверенно, все говорят «наркотики», а это тоже несправедливо. Так говорят о миссис Ларкин, и хотя мне эта женщина не нравится, я считаю, что она всего лишь рассеянная. Она большой друг вашего Энтони Хокера, и именно поэтому, если вы спросите меня, она так не любит девиц Грант – называет их людоедками! Смею сказать, что они нисколько не бегают за мужчинами, но почему бы и нет? В конце концов, это естественно. И они хорошенькие, каждая из них.

Пуаро удалось вставить вопрос.

– Миссис Ларкин? Мой дорогой, какой смысл спрашивать у меня, кто она такая? Кто такой любой человек в наши дни? Говорят, она хорошо ездит верхом и явно богата. Ее муж занимал какой-то пост в городе, но он умер, а не развелся. Она здесь не очень давно, приехала сразу после Грантов. Я всегда думала, что она...

Старая леди Кармайкл осеклась.

Рот ее приоткрылся, глаза выпучились. Подавшись вперед, она резко ударила Пуаро по костяшкам пальцев ножом для разрезания бумаги, который держала в руке, и, не обратив внимания на то, что тот скривился от боли, возбужденно воскликнула:

– Ну конечно! Так вот почему вы здесь! Вы, противный обманщик, я настаиваю, чтобы вы мне все об этом рассказали!

– Но о чем я должен вам рассказать?

Леди Кармайкл еще раз попыталась игриво ударить его, но Пуаро ловко увернулся.