Леди Удача

Дождь во время похорон сулит дурное — так считают жители западных графств. Посетители тревожно переглянулись и воззрились на Чарити Стэндинг под черной вуалью: кто с сочувствием, а кто и с бесстыдным любопытством.

Заупокойная служба по сквайру Аптону Стэндингу была скромной. Большинство присутствующих всю жизнь прожили с ним по соседству. Были тут мелкопоместные дворянчики, фермеры-арендаторы, обитатели скромных коттеджей, рассыпанных по владениям сквайра, пришли и торговцы из ближайшего городка, с которыми Аптон Стэндинг вел дела.

Все лично знали и уважали его. Но, по правде говоря, на похороны явились ради того, чтобы вдоволь наглядеться на красавицу дочку покойника и его чудаковатую тещу, леди Маргарет Вильерс. Последние десять лет семья Стэндинг вела очень замкнутый образ жизни, сквайр словно прятал дочь от общества и тем самым способствовал порождению множества домыслов.

Седоватый, облаченный в черное приходский священник нервно прокашлялся, покосился на струи дождя и вернулся на кафедру.

— А теперь давайте молча помолимся и предадимся благочестивым размышлениям.

Пронесся вздох облегчения: преподобный избавил скорбящих от опасности промокнуть до костей. Но Чарити почувствовала себя еще несчастнее: ведь откладывать неизбежное — только продлевать страдание. Через час ли, через полтора, а все равно ее горячо любимого отца опустят в холодную девонширскую землю, засыплют могилу, утрамбуют и оставят в ней дожидаться вечности.

Она подавила рыдание, прижав носовой платок к губам.

Сквозь вуаль, словно через темный туман, увидела она морщинистое лицо своей бабушки, леди Маргарет, осунувшееся и несчастное. Затем взгляд ее упал на простой дубовый ящик с бренными останками отца. Горе вновь поднялось в ее душе и пролилось новым потоком слез. Когда она смогла поднять голову и рассеянно поглядела через проход на скамью с другой стороны, ей стало еще тоскливее.

Там, на своей отдельной скамье — таких семейных скамей всего-то и было две в маленькой церкви — сидел барон Салливан Пинноу из ближайшего городка Мортхоу.

Высокий, худой, одетый по последней моде, он выглядел безукоризненно воспитанным провинциальным аристократом. Чарити почувствовала, что барон хотя и изображает глубокую скорбь, тем не менее поглядывает на нее из-под полуопущенных век, и взгляд этот тянется к ней, касается ее, словно в предвкушении чего-то. «Да, тоскливо подумала Чарити, — все может стать еще хуже»."

"Прошло не менее получаса.