Леди-секретарь

Хотя что там душа? Меня всю затрясло! Мысли спутались, сознание затопила паника, да такая, что я, кажется, и собственное имя забыла.

Но дальше хуже:

– Алечка, милая, а чем это ты тут занимаешься? – прошептали на ухо, и…

А-а-а!!!

Паника пошла на новый виток, я затряслась сильнее. Потребовалось несколько секунд, чтобы сопоставить всё и понять – ничего ужасного не произошло.

– Алечка, магианночка моя, я жду ответа, – добавил принц, правда, ладонь, закрывавшая мой рот, осталась на месте.

Всё. Вот тут я осознала окончательно и даже начала успокаиваться. А потом столь же резко разозлилась! Он совсем совесть потерял? Так подкрадываться! К тому же со спины!

– Му-у-у, – сообщила Джервальту. Лишь после этого он вспомнил про руку.

Зато удерживать не перестал – я по-прежнему была прижата спиной.

– Пустите! – первое, что выдохнула я.

Дёрнулась и почти сразу оказалась притиснута уже не к его высочеству, а к стенке. Поза настолько напоминала наше недавнее общение на конюшне, что я немного растерялась, но, опять-таки, лишь на секунду.

– Что вы себе позволяете? – прошипела рассерженно.

– Хочу задать тебе тот же вопрос, – оскалился Джер.

Было темно, и в этой темноте его зубы сверкнули как-то по-особенному хищно. Сам кронпринц тоже был едва узнаваем – если бы Джервальт молчал, вряд ли бы сумела его опознать.

– Да вы меня почти до смерти напугали! – продолжила возмущаться я. Правда, возмущаться шёпотом, ибо разборки разборками, но у меня тут вообще-то дело, и привлекать лишнее внимание совершенно не хотелось.

– Почти – не считается, – парировал его высочество.

Я тихонечко зашипела, а он…

– Так что ты тут делаешь, милая?

– Ничего!

– Ладно, тогда спрошу так – что ты собираешься тут делать?

– Ничего!

Да, повторяюсь! Ну а как ещё я должна была ответить? Собираюсь грабить государственное учреждение? Изучаю архитектурные особенности сооружения? Пытаюсь проникнуть в здание, чтобы воспользоваться дамской комнатой?

– Неужели? – Дикарь слегка отстранился, и я, воспользовавшись возможностью, упёрлась руками в его грудь, чтобы сохранить возникшую дистанцию – пусть даже такую мизерную.