Леди из Уотерхолла (СИ)

Вильгельмина скрупулезно вела дневники едва ли не с того времени, как начала впервые писать, то есть лет с шести-семи. Об этом она сама не один раз писала в своих тетрадках: с усмешкой вспоминала, какой наивной и глупой была раньше, надеялась, что ее ранее тщательно исписанные тетрадки никто не сможет найти, и что она хорошенько их спрятала.

Все дневники были пронумерованы. Я читала пятьдесят восьмой. И он не был закончен, обрывался, как я заранее проверила, примерно на половине тетради.

Писала Вильгельмина бисерным почерком, и мне часто приходилось ломать глаза, чтобы догадаться о значении того или иного слова или выражения.

Но благодаря ее дневникам я узнала много необходимых мелочей о жизни семьи и общества, в котором вращалась Вильгельмина.

«Начало весны. Тринадцатое марта. Снег еще не сошел, дети играют в снежки на улице. Но солнышко уже радует нас своими лучами. И с каждым днем они все теплее, — читала я. — Батюшка снова завел разговор о замужестве. Как он не понимает: мне противно подчиняться кому-то, особенно идиоту, по какой-то дурацкой причине мнящему себя умным! А местное общество целиком и полностью состоит из подобных идиотов! Они везде, ходят, задрав носы, как индюки, разговаривают с тобой свысока и считают, что имеют право практически на все, только потому что родились мужчинами.

Да никогда я за такого не выйду! Уж лучше за оборотня! Жить с ним в норе, есть сырое мясо! И то толка больше!»

Вот тут я нахмурилась, свела брови к переносице. Отложила дневник на небольшой журнальный столик возле кресла, в котором сидела, и постаралась припомнить, слышала ли я что-то раньше об оборотнях.

Выходило, что нет. Я вообще до нынешней минуты даже не предполагала, что в этом мире существуют другие расы. Наивная великовозрастная девочка, я была уверена, что вокруг одни люди. Да, разных цветов кожи, но люди. А этот мир отличается от Земли только магией. Как оказалось, нет.

Здесь как минимум жили оборотни. Возможно, и кто-то другой. И их, этих оборотней, явно ни во что не ставили местные аристократы.

Иначе Вильгельмина не стала бы писать с таким пренебрежением: «Уж лучше за оборотня! Жить с ним в норе, есть сырое мясо! И то толка больше!»

Я снова взялась за дневник и снова погрузилась в чтение, надеясь найти еще что-нибудь интересное для себя.

Глава 10"

"«Третье апреля, — привлекла мое внимание очередная запись после череды тех, в которых говорилось о повседневных проблемах в жизни Вильгельмины, — почти что жаркий весенний день.