Леди Феникс

— Это что-то вроде игры?

— Вроде. Витька называет это ""потрясем буржуев"".

— А сами вы, конечно, пролетарии. У Витьки батя слесарем на заводе работает?

— Нет. Он бизнесмен.

— Ну вот, и тряс бы папу, а ты маму… — Он, конечно, обиделся, но вида не показал, так велико было его беспокойство. — Ладно, рассказывай дальше о ваших подвигах.

— Знаю, о чем вы думаете, — тихо заметил он. — Герой, у мальчишки мобильный выхватил…

— Конечно, думаю. А тебя такие мысли не посещали?

— Когда летишь на скорости, не видишь кто и что, главное, успеть схватить и лететь дальше.

"

"— И что такого успел схватить твой дружок?

Теперь Влад испугался.

— Откуда вы знаете?

— Нетрудно догадаться, — пожала я плечами. — Так что?

— Бумажник. Место сбора у нас в тот раз было на Мичурина, от Соборной площади довольно далеко, и там мы чувствовали себя в безопасности. С площади я рванул на север, и мне пришлось сделать большой крюк, так что на Мичурина я оказался последним. Все наши были уже там, и Витька хвалился, что бумажник выхватил у одного толстяка, тот даже сообразить не успел, что к чему.

Сидел за столиком в кафе ""У Марка"", вроде за столом их было двое или трое. Толстый собрался расплачиваться, Витька вырвал у него бумажник из рук и смылся. Мне это не понравилось, Витьку могли догнать, а бумажник — это серьезно.

— Не обольщайся, за мобильный получил бы столько же.

— Да? — вроде бы не поверил он.

— Да. Что было в бумажнике?

— Деньги. Немного. Тысячи две. Банковские карточки, одна золотая. Но бумажник и карточки Витька по дороге выкинул, оставил только деньги.

Еще там была половинка банкноты, однодолларовая купюра, разорванная пополам. А на ней надпись по латыни, по крайней мере, буквы латинские: ""to"", а дальше ""mori"". Я сразу вспомнил ""помни о смерти"". ""Momento mori"" — только два первых слога отсутствуют.

— Восхищена твоими познаниями, дальше что?

Влад некоторое время молчал, разглядывая меня, потом заговорил как-то неуверенно:

— Эта банкнота показалась нам очень странной. Зачем хранить половинку доллара? И эта надпись.

Такое впечатление, что купюру нарочно разорвали, часть надписи осталась на одной половинке, часть на второй. Это вроде пароля, понимаете?

— Слушай, а ты эти шпионские страсти, часом, не придумал? — усомнилась я в достоверности рассказа.

— Зачем?

— Ну… просто скучно стало. Нет? Ладно, валяй дальше.

— Весь вечер мы гадали, что это может быть.

— Место, где он бумажник выкинул, Витька помнил?

— Конечно. Но его там нет.