Леди Феникс

— По-твоему, звонил вам он?

— Не складывается, если речь идет о послании. Убили мужика минимум двенадцать часов назад, а позвонили недавно.

— Значит, кто-то пришел, увидел то, что должен был увидеть, и вызвал милицию.

— Логично, — пожал Вешняков плечами. — Ребята соседей опрашивали, одна бабка заметила машину возле подъезда, примерно часа в четыре. Из подъезда вышел мужчина, бабке показалось, нервничал, сел в машину и уехал. Через два часа раздался звонок в милиции.

Я взглянула на часы. Примерно в то время я была у Тимура.

— Думаешь, это тот мужик позвонил?

— Может, он, может, кто другой. Бабка его здесь раньше никогда не видела. Да и самого Седого знать не знает. Он не особо общительный.

— Жил один?

— По-разному. В основном с бабами из ""Пирамиды"", подолгу не держались. Жена, правда, тоже есть и двое детей, но жили уже лет пять врозь, хоть и не развелись. Последняя девица съехала месяц назад, а новую он не завел.

— Вот что, — еще раз взглянув на часы, заметила я. — К детям ты все равно опоздал.

Ждать пришлось недолго. Я немного поболтала с барменом о погоде и выпила чаю, когда в бар вошел Артем.

— Ну что, будем гадать? — хмыкнул он.

— Конечно, если больше делать нечего.

— Мне есть чего. И тебе, кстати, тоже. Ты с Тимуром виделась? — все-таки спросил он.

— Сегодня.

— И что?

— Артем, у него на столе лежала эта чертова купюра. Надпись прочитать я не могла, но это та самая или другая половинка.

— Тьфу ты, — досадливо плюнул он.

— Давай. Ты начнешь?

— Лучше ты. У тебя завлекательней выходит, — усмехнулся он.

— В городе появляется некий тип, назовем его Толстяком. У него дела с Тимуром, что за дела, неведомо, но ясно, что в Уголовном кодексе есть по этому поводу статья. Доверенное лицо Тимура по кличке Седой встречается с Толстым и еще с одним дядей. Теперь банкнота: ясно, что она вроде пароля.

— Штирлицы хреновы, — не выдержал Артем.

— Солидарна, — кивнула я. — Если нужен пароль, значит, встретиться должны незнакомые люди. Логично?

— Откуда мне знать, я не Штирлиц.

— Не вредничай, наживешь язву."

"— Вот только не надо лицемерного беспокойства о моем здоровье, если бы оно тебя волновало, ты бы не совала нос в бандитские дела, а ходила бы на курсы молодых мамаш.

— Я записалась, честно, — улыбнулась я, он только рукой махнул.

— Валяй дальше.