Леди-фаворитка

Ушам тоже досталось – от заунывно пиликающих музыкальных шкатулок, которых тоже было несколько.

Островком отдохновения для глаз посреди покрывала белело старательно разложенное кружевное нечто. И на приличность в этом нечто мог претендовать исключительно цвет. А в довершение всего рядом с этим, наверное, пеньюаром, покоилась презентованная тётушкой книга – тот самый эротический альбом, торжественно раскрытый на развороте с самой неприличной из всех картинок.

Увы, мои спутники обладали слишком острым зрением, чтобы не заметить.

– Однако! – икнув, выдал Морти."

"– Э-э-э… – протянул Кард. Потом перевёл взгляд на меня, и в глазах отразилось та-а-акое изумление. Мол, уж от кого, а от леди тил Гранион подобного точно не ожидал!

А я… Хотела объяснить, но не смогла.

Сначала онемела, а потом вспомнила предыдущий вывод – ну и что такого? Какая разница, если репутации всё равно конец, а жить мне осталось совсем недолго?

Возможно, Кард подумал о том же – громила перестал таращиться и, прикрыв нос рукавом, предложил:

– Леди Алессандра, может, мы пойдём? А сюда вместо нас его высочество прибудет?

Морти уверенно кивнул, поддерживая товарища.

– Только вы бы окно сначала приоткрыли, а то в такой атмосфере, боюсь, даже у Джера ничего не полу…

Договорить он не успел. Раздался грохот – это та самая входная дверь распахнулась и ударила в стену. Вместе с порывом свежего воздуха в комнату ворвалась тётка Иофания и взвизгнула гневно:

– Это что такое?

– Не знаю! – поспешно открестилась от происходящего я.

Тётка ответ не услышала…

– Это что за разврат?! – продолжила бесноваться она, выразительно потрясая клюкой. Морти и Кард, увидав грозную пожилую леди, дружно отпрянули к стене, снеся по пути несколько ваз с розами.

Едва грохот и звон стихли, я воскликнула:

– Тётя, это не я, честно! Не знаю, откуда всё это взялось, но я не…

– Естественно, не ты! – перебила Иофанния. – Я, значит, стараюсь – создаю атмосферу, выжидаю за дверью, на случай если потребуются помощь или совет, а ты, дура малолетняя, вместо того чтобы охмурять его высочество, притащила к себе какое-то отребье?!

Дикари дружно закашлялись ещё на «атмосфере».

– Вообще-то мой род подревнее рода тил Гранинон, – заявил Кард, складывая ручищи на груди.

– А я, между прочим, прихожусь Джеру троюродным кузеном, – внезапно заявил Морти.