Леди-фаворитка

И я даже рот открыла, чтоб возмутиться королевским произволом, попиранием этикета, морали и девичьей чести заодно, но…

А почему нет? Учитывая, что жить мне осталось всего ничего, а репутация стараниями некоторых давно рассыпалась в пыль, тут и переживать не о чем. Стесняться бесцеремонной свиты Джера и того глупее. Им вообще без разницы, где я и что делаю.

В общем, я проглотила все рвущиеся с языка гневные реплики и первой вылезла из уже ненужного плащевого «шалаша».

Вот только принц мою покладистость не оценил.

– Что, даже без комментариев? – Словно только и ждал возможности поспорить!

Я фыркнула и промолчала, глядя, как из конспиративного «домика», а точнее прямо из воздуха, выныривает Дэл с зажатым под мышкой коконом из попоны. Остальные появились менее эпично – просто сдёрнули маскировочные накидки, разрушая наш временный штаб.

Дождавшись, пока свёрток с похищенным компроматом отнесут в гардеробную, а пятёрка дикарей направится к выходу из спальни, я уверенно пошагала за ними.

– Куда? – грозно окликнул Джервальт, но я даже не обернулась, топая к двери. – Алечка, мы же, кажется, уже всё…

– Мне нужно кое-что у себя взять, – перебила я. – И думаю, Морти и Карду лучше пройти ко мне через картину.

– Ладно, – после недолгой паузы согласился Джер. – Но если попробуешь улизнуть…

Я даже отвечать не стала, только бросила укоризненный взгляд через плечо.

Активация портала с каждым разом получалась у меня всё проще и быстрее, но лучше бы она засбоила.

Лучше бы… Лучше бы я сама сгорела в этом камине, чем ввалилась в свою спальню в компании двух громил, давно позабывших о полученном когда-то светском воспитании. Впрочем, даже не страдай они амнезией, это ничем бы мне не помогло.

Просто там, в спальне, оказалась засада.

Не в буквальном смысле, нет, но я бы, честное слово, предпочла отряд наёмных убийц!

Комната тонула в клубах ароматического смрада – и это не ошибка в построении фразы.

Но этой вонючей атакой на обоняние засада не ограничивалась. Вместе с носом предстояло страдать зрению – от созерцания вульгарного алого шёлка, которым оказались накрыты все предметы меблировки – от кровати до шкафа.