Лебединое озеро Ихтиандра

Неужели Маня разболтала полковнику, что случилось у меня с хирургом? Нет, она надежнее сейфа, дочь не из тех, кто выдает друзей. Вот только слово «поганец» свидетельствует о том, что Дегтярев разозлен на Бурдюка.

— Почему ты ойкнула? — не отставал Леня.

— Откуда Бурдюк узнал про красный цвет? — прошептала я.

Леня посмотрела на Патрика.

— Ты ответишь?

— Не знаю никакого Бурдюка, — промямлил еле живой психолог.

Дегтярев кивнул.

— Странно, но я тебе верю.

В руках Титова зазвонил сотовый, Юра протянул трубку полковнику, тот приложил ее к уху и стал издавать междометия.

— Ага, угу, ого! Ага! Ага! Ага!

Когда Александр Михайлович вернул мобильный Титову, тот спросил:

— Заклятые друзья нервничают?

— Недовольны, — ухмыльнулся полковник.

— Придется им с этим жить, — заржал Леня.

— Вы о чем? — полюбопытствовала я. — Что происходит?

Ленька обнял меня за плечи.

— Поехали, кисонька, попьешь чаек-кофеек, поболтаем о вечном, решим вопросы «кто виноват» и «что делать?». Вон там симпопулечка-машиночка! Ее ДПС везде пропускает, можно две двойные пересечь, хочешь с ветерком и свистом по резервной полосе, а?

Я вывернулась из рук Ковалева.

— Я за рулем!

— Ути-пути, — заверещал Леня, у которого, похоже, сегодня было расчудесное настроение. — Така мала и така революционна!

— Садись в наш автомобиль, — приказал Дегтярев. — Немедленно.

Я решила не спорить: если Александр Михайлович начинает беседовать с вами таким тоном, надо поджать хвост, опустить уши и молча семенить в указанном направлении.

Глава 31

Если вы состоите в тесной многолетней дружбе с сотрудником МВД, будьте готовы к тому, что он в определенный момент вытрясет из вас всю правду. А уж если таких друзей у вас двое, сопротивляться и вовсе бесполезно."

"Пока мы ползли по пробкам (несмотря на обещание Лени, водитель не стал нарушать правила), Дегтярев и Ковалев буквально клещами вытащили из меня всю историю. Мне пришлось рассказать, что случилось со мной начиная с того момента, как я явилась в полночь поздравить Бурдюка с днем рождения.

В конце концов мы добрались до места. Александр Михайлович, сердито бормоча под нос что-то вроде «Вечно из-за твоей глупости у нас кавардак с бардаком», пошел к лифту.

— Может, поедим? — предложил Леня.

Я кивнула, и мы направились в расположенное поблизости кафе, где провели больше двух часов в приятной беседе о пустяках.