Лазоревый грех

Я права?

— А что скажет твой Нимир-Радж?

— Он полагал, когда приехал в наш город, что мы близки с Ашером. Так многие думают.

— Ты ему сказала правду?

— Да.

— И не рассердит ли его перспектива делить тебя с еще одним мужчиной?

Я покачал головой:

— Мика еще практичнее меня, Жан-Клод. Не просто любовь или вожделение влечет меня к Ашеру. Сегодня дело в охранении нашей силы и власти. Если будет в безопасности Ашер, меньше будет угроза для нас всех. Его страдание может быть использовано против нас.

— Как это практично с твоей стороны, ma petite.

— У меня был лучший в мире учитель.

Он посмотрел на меня, приподняв бровь:

— Будь я истинно практичен в сердечных делах, у нас все произошло бы быстрее.

— Или да, или нет. Ты сам знаешь, что, если бы ты напирал сильнее, я могла бы либо сбежать, либо попытаться тебя убить.

Он по-своему грациозно пожал плечами.

— Быть может. Но я должен спросить, чтобы не осталось недопонимания: ты предлагаешь позвать Ашера в нашу постель лишь на эту ночь?

— Это важно?

— Для него — быть может.

Я попыталась охватить мыслью всю ситуацию, но не смогла.

— Не знаю. Знаю только, что не хочу отказываться от моментов наедине с тобой, и только с тобой. Знаю, что не всегда хочу иметь компанию.

— Джулианна и Ашер продолжали встречаться наедине, хотя мы и были союзом троих.

— Впервые за много времени у меня личная жизнь как-то близка к налаженной. Я не хочу это испортить.

— Я понимаю.

— Я думаю, что хочу спасти Ашера, хочу изгнать страдание из его глаз, но в реальном мире мы просто поднимем на флагштоке этот флаг.

— Тс-с, ma petite. — Он приложил пальцы к моим губам. — Я позвал Ашера. Он сейчас идет сюда.

Я почувствовала, как у меня глаза вылезают из орбит, как перехватывает дыхание, как бешено бьется пульс. Что же я такого сделала? Пока ничего. Вопрос на десять тысяч был такой: что я собираюсь сделать и как мне жить после этого?

Глава 11

Ашер медленно вошел в дверь, тщательно пряча лицо за водопадом золотых волос.

— Ты звал, — сказал он.

Я застыла, все еще обнимая колени, и пульс у меня забился в горле. А дыхание на пару секунд пресеклось.

— Мы звали, — осторожно поправил Жан-Клод."

"Ашер поднял глаза — мелькнуло лицо под волосами.

Наверное, отреагировал на «мы».