Лазоревый грех

Потом встала и разложила стопку на столе веером.

— Нет, но Джейсон сделает, и Джемиль сделает, если ты попросишь. Я бы назвала Сильвию, но она еще не настолько оправилась, чтобы делать хоть что-нибудь.

— Она бросила мне вызов и потерпела поражение, — сказал Ричард. Глаза его покосились на стол с фотографиями. — Убери это с моего стола.

— Он сейчас на свободе и готовится очередную женщину превратить в мясо.

— Ладно, ладно, бери Джейсона, бери Джемиля, бери кого хочешь.

— Спасибо. — Я встала, собирая фотографии.

— Не надо было этого делать так вот, — сказал Ричард.

— Как именно? — спросила я, убирая отвратительные снимки.

— Сурово. Ты могла просто меня попросить.

— И ты бы сказал «да»?

— Не знаю. Но эти снимки мне теперь покоя не дадут.

— Я видела натуру, Ричард, и вряд ли твои кошмары будут хуже моих.

Он бросился ко мне, как они умеют — размытое движение, неуловимое глазом, — и схватил за руку.

— Часть моего сознания считает, что это ужас, как и следует считать, но есть другая часть, которой эти картинки нравятся.

Тихое рычание раздалось из оскаленных, белых, ровных зубов.

— Мне жаль, что ты так ненавидишь свою суть, Ричард.

Он резко меня отпустил и я чуть не упала.

— Бери всех волков, которые тебе нужны, и убирайся.

— Будь у меня волшебная палочка, чтобы сделать тебя человеком, Ричард, просто человеком, я бы ни секунды не думала.

Он смотрел на меня. Глаза выцвели до янтарно-волчьих.

— Я тебе верю. Но волшебной палочки нет. Я такой, как есть, и ничто никогда этого не изменит.

— Мне очень жаль, Ричард.

— Я решил жить, Анита.

Я посмотрела на него:

— Прости, не поняла?

— Я пытался умереть. Больше я не хочу умирать. Я собираюсь жить, что бы это ни значило.

— Я рада, но мне хотелось бы, чтобы и тебе этот выбор доставил больше радости, чем сейчас в твоем голосе.

— Иди, Анита. Тебе надо ловить убийцу.

Так и было. Время работало не на нас. И все равно я не могла его так оставить.

— Я сделаю все, чтобы тебе помочь, Ричард. Ты это знаешь.

— Как ты помогаешь всем своим друзьям.

Я покачала головой, собрала папки и пошла к двери.

— Когда захочешь говорить, а не ссориться, позвони мне, Ричард.

— А когда ты захочешь говорить, а не ловить убийц, позвони ты.

Так мы и расстались. Но у меня не было времени держать его за ручку, даже если бы он мне это позволил. Ван Андерс бродил на свободе, и слишком многие могли от него пострадать.