Лавка редкостей, или Наташа, ты попала!

Интересно, содержимое там заложено заранее или оно менется в зависимости от моих желаний? А ну-ка, попробую попросить то, чего мне бы хотелось.

— Люля-кебаб, пожалуйста. И жареную картошку.

Банка подозрительно дрогнула, пыхнула искрами и открываться отказалась. Эх, не работает. Ну, и ладно.

— Я на все согласна, — торжественно пообещала в пространство.

Крышка послушно чпокнула, выпустила наружу колечко душистого пара, и я с любопытством заглянула внутрь. Тушеные овощи в бульоне с томатом и мясом. Судя по запаху, весьма недурственные.

— Намек понятен, — кивнула я, берясь за ложку, — не выделывайся, Наташа, ешь, что дают. Хлебушка бы еще где добыть. У вас не завалялось?

Но увы, мечтам моим сбыться было не суждено. Пришлось, переложив содержимое банки в тарелку, приступать к обеду так, без хлеба. То ли с голодухи, то ли правда рагу было очень вкусным, но смаковала я каждый кусочек.

Правда недолго. Не успела доесть и половину, как услышала, что дзынькнул колокольчик над дверью и нахмурилась. Странно, специально же повесила табличку «Закрыто» на дверь.

А может это…

Взгляд метнулся на дверцы буфета — мои горе-дракошки крепко спали. А бабуля где? Вдруг она хулиганит? Или, не приведи господи, вчерашний женишок? Я вздохнула, отложила ложку, проговорила вслух:

— Где тут моя сковородка?

И надежно вооруженная пошла встречать непрошенных гостей.

* * *«Динь-динь-динь», — вновь пропел колокольчик. Кто там такой нетерпеливый? Я поудобнее перехватила ручку сковородыи, выглянула в торговый зал и обомлела.

Кого-кого, а этого «гостя» я ожидала увидеть меньше всего. Точнее, хотела конечно, но не думала, что мое желание когда-нибудь сбудется. Где он, а где я! Мы с ним из разных миров.

Он явно настоящий аристократ. В нем порода видна невооруженным глазом и столетия благородных предков в анамнезе. А я обычная девушка — пять минут, как хозяйка крохотной лавочки. Благо, что не нищенка. Да еще и опять, как дура, со сковородкой. И в платье для уборки! Мама дорогая, позор-то какой.

— Добрый день, — начал первым мой спаситель.

У меня все защекотало внутри. Что бы это значило?

Насмешливый взгляд был практически прикован к орудию защиты в моих руках.

— Вас опять женихи донимают? — На губах красавчика мелькнула усмешка.

— Вы подслушали вчера в Пончике? — вырвалось у меня возмущенно.

— Сложно было не услышать, — сказал он. — Вы так громко рассказывали.

Замолчал и приподнял вопросительно бровь:

— Так донимают?

Пришлось отвечать уклончиво:

— Есть тут один.