Лавандовое утро

Это спасало ее деньги и занимало его хотя бы на время.

— Это похоже на нее.

— Так! — сказал Рамзи. — Шоколад готов. Возьмите себе. — Он протянул ей маленькую коробку, полную длинных вилочек. — И наколите одну из них. — Он открыл контейнер с крупной спелой клубникой. — Теперь макайте в шоколад.

Она сделала все, как он велел.

— Восхитительно! Правда, чудесно! Я уже ощущаю себя беременной. — Он не ответил, и она смущенно посмотрела на него. — О, черт. Опять дурацкие шутки.

— Нет, почему же? Мне нравится. Просто я не привык, что красивые девушки умеют шутить.

— Они и не должны. Они должны просто сидеть, этого вполне достаточно.

— По-моему… — пробормотал он, затем улыбнулся. — Мне повезло, как идиоту. Просто я очень хотел, чтобы мне сегодня повезло.

Джоселин вытерла шоколад с подбородка.

— Это мне повезло. Эй! Спасибо, что вы обустроили для меня спальню.

— Спальню?

— Ну да, чистое белье, мыло… Не знаю, где бы я провела ночь, если бы не вы. Ведь это вы сделали, да?

— Боюсь, что нет.

— Кстати, я видела церковь, когда ехала сюда. Мы с мисс Эди ходили в церковь каждое воскресенье. — Она вздохнула. — А без нее я не хожу.

— Церковь, — сказал Рамзи, словно никогда ничего не слышал об этом. — Если вы появитесь в церкви в воскресенье, моя матушка решит, что вы само совершенство, и поспешит купить для нас кольца.

— Это плохо, да?

— Вы шутите? Мне тридцать два, и я еще не произвел на свет ни одного ребенка.

— А как насчет вашей сестры? А ваши другие братья и…

— Нас только двое, — перебил ее Рамзи.

По тому, как он смотрел на нее, Джоселин не знала, упасть ли ей в его объятия или выставить его в шею и запереть дверь.

— Я ношу кольцо пятого размера, хотела бы четыре карата, изумрудную огранку и розовый бриллиант.

На этот раз Рамзи застонал:

–            Если вы скажете это ей, я пропал.

— А Сара шьет свадебные платья? Если да, то у меня есть кое-какие соображения…

Рамзи рассмеялся.

— Нет, правда, вы думаете, у матушки Сары хватит белых роз, чтобы украсить церковь?

— Остановитесь! — сказал он смеясь. — Нельзя говорить об этом, а то моя мать подслушает и появится в дверях. Если бы вы знали, через что я прошел… — Он замолчат. — Лучше расскажите о себе и мисс Эди…

— У нас были родственные души, — ответила Джоселин.

Она открыла рот, чтобы начать рассказ о своей жизни, но остановила себя.