Лавандовое утро

Одно дело, когда тебя оставляет любимый, написав письмо, и другое дело, когда весь город, полный незнакомых людей, решает за тебя твою судьбу.

Джоселин пробыла дома не больше двадцати минут, когда раздался деликатный стук в дверь. Джос выглянула в боковое окно и не удивилась, увидев Рамзи и Люка.

Она хотела сказать им, чтобы они убирались куда подальше и больше никогда не возвращались, но вместо этого открыла дверь.

— Мы хотим объяснить… — начал Рамзи.

— Нечего объяснять, — ответила Джос.

— Нам можно войти?

— Конечно, — сказала она, отходя в сторону и пропуская их в гостиную.

Они сели на желтый диванчик мисс Эди, пока Джоселин устраивалась в кресле напротив. Рамзи был все еще в парадном костюме, как и подобает преуспевающему бизнесмену, а Люк — в джинсах и майке.

— Как твоя жена? — спросила Джоселин.

— Хорошо, — улыбнулся он. — Ей понравилось твое лавандовое печенье.

— Неужели съела целую половинку?

— Скорее, четвертинку.

— Прекратите. Вы, оба! — вмешался Рамзи. — Джоселин, мы пришли сюда, чтобы объяснить некоторые детали, которые, я думаю, были тобой неправильно поняты.

— О? И что ж это такое?

— Наши намерения.

— Намерения? — переспросила она. — Представления не имею, о чем ты говоришь.

— Я говорил тебе, что она не захочет слушать, — сказал Люк, вольготно располагаясь на софе.

— Дело в том, что мой кузен скрыл кое-какие факты своей биографии, — заявил Рамзи голосом адвоката, — несмотря на то что я хотел… Я хотел быть честным и ясным в своих намерениях по отношению к тебе.

— А они были?

— Были? — переспросил Рамзи, не понимая ее вопроса.

— Она хочет знать, каковы твои намерения по отношению к ней, — сказал Люк. — Что ты собираешься делать? Жениться на ней или открыть для нее магазин, как новый бой-френд Сары?..

Рамзи повернулся к Люку:

— Это ты во всем виноват. Почему ты не рассказал ей, что был женат?

— Не пришлось к слову, — ответил Люк, а затем посмотрел на Джоселин: — У тебя есть пиво?

— Для тебя нет, — с улыбкой проговорила Джоселин. — Почему бы тебе не попросить жену? Пусть она пошлет тебе чек, чтобы ты мог жить припеваючи и не занимался черной работой.

Лицо Люка залилось краской, он стиснул зубы, едва сдерживая себя, но Рамзи усмехнулся:

— У нее есть твой номер. Может быть, подождешь на улице? А еще лучше, пойдешь домой и оставишь нас одних?

Не говоря ни слова, Люк поднялся.

— Скажи мне, Рамзи, — проговорила Джоселин, — ты так сильно хочешь получить меня или мой дом?

Люк заморгал, глядя на нее, и снова сел.