Ларс

Его проект деревянной каркасной башни, высотой 47 метров с медным шаром наверху, начали строить в 1902 году. Башня, сопровождаемая при строительстве огромными трудностями, получила имя «Уорденклифф». Целью проекта было исследование бесконтрольной передачи энергии по всей планете. Самым известным случаем работы башни стал промежуток времени в ночь с 15 на 16 июля 1903 года, когда нью-йорское небо озарилось светом, похожим на северное сияние. Кстати, башню «Уорденклифф» некоторые ученые считают «виновницей» взрыва над Тунгуской в 1908 году.

Этот слух возник из-за того, что Тесла сам писал в дневнике о возможности передать любое количество энергии в любую точку Земли, причем, не только в добрых целях. Проект, в итоге не был закончен из-за нехватки финансирования и был законсервирован. В таком состоянии башня «Уорденклифф» простояла до 1917 года. Правительство США, опасаясь, что башня станет маяком для германских кораблей, приняло решение о её демонтаже. При этом, демонтировали ее с помощью взрыва.

Собственно, именно эту башню и построил Андрей.

Он где-то раздобыл эти чертежи, которые, как говорит официальная история, были уничтожены в пожаре офиса Теслы.

Моя задача заключается в том, чтобы я дал стороннее, что называется «не замыленное» мнение по конструкции башни и ее устойчивости. Если все будет нормально, то судя по нетерпению присутствующих, включат это устройство сейчас же. Через полтора часа, сверив все данные, я пришел к выводу о том, что все в порядке. С точки зрения инженера – здесь не подкопаешься, все гладко, но некое внутреннее убеждение, с учётом неоднозначной фигуры Теслы, заставляют предположить вероятность катастрофы.

Тунгуска не зря будоражит умы даже спустя сотню лет.

– Ребята, – начал я осторожно, – а вы не боитесь взорвать все… – дальше я разразился непечатной тирадой и минуты две орал, как первокурсница на первой вечеринке.

– Вот вам взгляд со стороны. Вот и рассудил. Прощай проект «Воланчик», – протянул физик Кирилл, после того, как я выдохся.

Андрей с прорабом Дмитрием синхронно кивнули, хмуро поглядывая на меня.

– Простите, – сконфуженно промямлил я, – эмоции нахлынули.

– Все нормально, – начал Андрей.

– Не нормально, – я снова завелся, – вы же понимаете, если что-то пойдет не так, то с учетом размеров сооружения, мы завтра будем с вами общаться на том свете.

– Предлагаю не горячится, – взял слово Кирилл, – на прототипе все работает.

Меня подвели к столу с макетом башни, похожей на бадминтонный воланчик.